Ничего у него не получалось. Рэй отчаянно боролся с непокорной магией внутри себя, умолял её о помощи, угрожал ей и даже пытался обуздать, но, что бы он ни предпринимал, всё было тщетно. Более того, мальчику становилось только хуже. Под воздействием его магии ребёнок стал почти что синюшным, едва дыша. Он убивал сына собственного мужа, но отступать не собирался.
Только вперёд, тянясь за морозной дымкой и прозябая до самых костей. Цепляясь за вихри снежной пыли и подставляя беззащитную душу стегающему её опальному ветру. Принять свою магию такой, какая она есть, не отворачиваться от неё, каков бы ни был её исток, почувствовать её неотъемлемой частью себя. Возможно, так стоило поступить изначально, ведь тот же Таис не раз говорил ему, что все наши беды оттого, что мы сами не знаем, кто мы есть на самом деле.
Это был клубок мерзкой, чёрной гнили. Рэю казалось, что пальцы просто соскальзывают с неё, урывая клочки, но не выдирая с корнем. Она впивалась в его собственные руки, словно зараза, и тут же с шипением истлевала, ещё глубже проникая в тело ребёнка и явно сопротивляясь его магии.
Рэй разозлился. Чувствуя, что его магии достаточно, дабы вытравить эту заразу, но не понимая, почему она столь слабо течёт по его венам, он вложил всего себя в последний рывок, выплёскивая всю ту силу, которую в себе чувствовал.
Снег снова кружил перед его взором на фоне бескрайнего серого неба, а совсем рядом слышались чьи-то шаги.
— Твоя поступь, как всегда, обманчиво неосторожна, Таис, — то ли сказал, то ли всё-таки подумал Рэй, — но так я всё ещё могу ощущать твоё присутствие рядом.
— …Рэй!
Юноша вскинулся на постели, ошарашенно осматриваясь по сторонам. На миг Рэю показалось, что его окликнул Босфорца, но подобное не могло быть реальностью. Снежная пустыня—это место из его сна и не более, хотя это и не отменяло тот факт, что кто-то настойчиво звал его по имени.
— Эори Рэй, — Неясми стоял совсем рядом, очевидно тормоша его за плечо, — на горизонте заметили всадников, — мальчишка, глубоко выдохнув, перевёл дух. — Это вождь. Он вернулся, достопочтенный Сейри.
Словно подтверждая радостную весть, под боком у Рэя, проснувшись, голодным плачем зашёлся аресов сын.
========== Часть 2. ==========
— С возвращением, Великий сай! — прогремело над крепостью, как только кавалькада во главе с вождём миновала подъездные ворота. Бьёрн преклонил колени и опустил взгляды, не только приветствуя победителей, привёзших с собой славу, богатую добычу и надежду на лучшее будущее, но и отдавая дань памяти и уважения павшим соплеменникам и товарищам.
Рэй слегка беспокоился: слишком свежи были воспоминания вчерашнего дня и сегодняшней ночи, как и не верилось юноше в то, что ему всё-таки удалось отвадить бледноликую от колыбели аресового сына. Гациан лично, пока энареи спешно приводили его в порядок, осмотрел мальчика, после доложив, что тот полностью здоров.
Возможно, и Арес почувствовал, что в его дом пожаловала сама бледноликая. Как и остальные, Рэй, выйдя вперёд, преклонил колено, не смея подымать головы, но всё же прежде он успел подметить, что кони взмылены, а одежда и тела всадников покрыты приличным слоем пыли. К тому же дюжина всадников во главе с вождём — это лишь передовой отряд, а основная масса ардских войск, как сообщил дозорный, была ещё в добром часе пути от крепости.
— Во славу многоликих! — громко, победно вскинув обнажённый клинок, провозгласил Арес.
Рэй почувствовал, как дрогнула земля, когда мужчины спешились, однако головы так и не поднял. Внутренняя дрожь проступала на коже мурашками, и только длинные рукава богато расшитого плаща скрывали серебрящиеся инеем кончики пальцев. Это с Аресом у них была договорённость относительно роли Сейри не только при вожде в качестве мужа, но и во всей Арде. А как себя поведут варзы? Порядки, введённые им в Бьёрне, были писаны для всех, в том числе и варзов, и супруга вождя, ведь кто, как не эори ардара, должен быть примером для остальных. Именно поэтому Рэй усердствовал не только в делах хозяйственных и управленческих, но и во владении мечом. Как знать, на какие земли и с какой целью ему предстоит последовать за своим мужем.
— Приветствую, мой дорогой супруг, — вождь протянул ему открытую ладонь, тем самым не оставив Рэю выбора. Он коснулся руки супруга кончиками промёрзлых пальцев, почувствовав, как тот вздрогнул. Внутри разлилась щемящая боль, но, когда юноша вскинул голову, на его лице была лишь добродетельная, приветственная и слегка смущённая улыбка.
— Приветствую, вождь, — ровно, уже привычно пряча все свои эмоции, ответил Рэй. — Мы с большим нетерпением ждали вашего возвращения, — он заметил, что брови мужчины сошлись на переносице. От недовольства переменами в целом или же оттого, что он сам приветствовал своего супруга столь формально?
