— Воистину так, — неожиданно покладисто мурлыкнул Грифон. — Не возникало никаких сомнений в моем самом скором освобождении. Да если бы вы мне не помешали… Ух бы я ее! Растоптал бы!
— Замолчи ты, — морщась, как от зубной боли, оборвал его Чани.
Грифон опешил.
— Ты это чего? — Он опасливо отодвинулся от Чани. Воинственно встопорщившийся на макушке хохолок опал.
— Вот так-то лучше, — пригрозил Чани. — А то расхвастался.
— На редкость невоспитанный юноша, — обиженно отозвался Грифон, передернул крыльями, расправил их и внимательно посмотрел, не пострадали ли перья. Крылья были в порядке, только немного помялись.
— Что ты здесь делаешь? — спросила Рюби.
Грифон пригорюнился.
— Как всегда… Пытался пожить мирно и тихо, никому не мешая, ни во что не впутываясь. Так не удалось. М-да. Прилетел, знаете ли, с Брикенхаверноста. Лечу, понимаете ли, лечу… Прекрасное место для отдыха. Солнышко светит, песочек шуршит, пальмочки растут, дракончики летают… Ой! То есть что это я плету?! Скверная дыра! Солнце печет, песок повсюду скрипит, пальмы колючие, драконы тоже… Того и гляди — слопают… Вы никогда не бывали на Брикенхаверносте? И не советую. Отдохнуть не удастся. Я вот никого не трогал, а на меня — с зубами… Чуть не проглотили. Но я увернулся… То есть победил их. Прилетел сюда. Думал поначалу, что нашел наконец-таки уютное местечко. Пересижу, перележу. Заснул. Просыпаюсь… О ужас! Можно смело сказать — меня почти обглодали. До костей. — Грифон кокетливо помахал крылышком. — Просыпаюсь — кошмар. Только собрался ее победить, как вы помешали.
Чани, усмехнувшись, предложил:
— Пошли с нами на север. Безопаснее будет.
— С вами?! На север?! — ужаснулся Грифон. — Ни! За! Что! — звонко воскликнул он. — Нет-нет-нет… И не просите даже. В Сумеречный Край я не ходок. И не леток, то есть не летун. Это значит поссориться с Хозяином Тумана… — Грифон вздрогнул. — Что обо мне подумают?.. Что может из этого воспоследовать?! Нет-нет-нет, не впутывайте меня в ваши сомнительные затеи. — Он от ужаса даже закрыл глаза крыльями. — И не просите.
— Он безнадежен, — махнул рукой Хани. — Идем.
— Надеюсь, мы еще встретимся, — вежливо попрощалась Рюби.
— Никогда! — с жаром фыркнул Грифон.
— А вот я скажу Десятикрылому, где тебя встретил, — посулил Чани.
Грифона перекосило.
— Ты это серьезно?
— Куда как.
— Он же меня… Ма-ама!
— Да не бойся, не бойся, — успокоил Чани. — Живи себе на здоровье, только постарайся не попадаться.
Грифон грустно посмотрел им вслед, потом сел и начал яростно чесаться, видимо, пощипанные Паутиной места сильно зудели.
На следующий день с самого утра с вершин Туманных гор дул холодный порывистый ветер. Вообще Хани уже начал удивляться: вроде бы лето в разгаре, а погода не балует теплом. Ветер то шипел по-змеиному, трепля длинные редкие космы желтоватой травы, то начинал пронзительно свистеть, пролетая по скалистым ущельям. Вместе с ним по небу мчались клочковатые облака, часто закрывая тревожно-красное солнце. Над далекими пиками собирались тяжелые черные тучи, сверкавшие молниями. Доносились глухие раскаты грома. Собиралась гроза, и Рюби, озабоченно поглядывая на небо, подгоняла братьев. Она хотела как можно скорее покинуть предгорья и выбраться на равнину. Но дорога по горам была нелегкой, приходилось то и дело обходить особенно крутые склоны. Постоянные подъемы и спуски были крайне утомительны. Хани скоро запыхался и взмолился о пощаде.
Когда они вошли в очередное ущелье, Рюби остановилась. Прямо перед ними вырос строй всадников в пышных зеленых одеждах. Хани сразу вспомнил воинов Келхоупа. Да, это снова были они. Но на сей раз воины облачились в доспехи. Кольчуги сверкали и искрились самоцветными каменьями, на шлемах колыхались разноцветные пышные страусовые перья, длинные зеленые плащи, расшитые серебром, покрывали крупы коней и свешивались до земли. Сначала Хани даже померещилось, что они снова встретили Изумрудов, но он тут же понял, что ошибся, не увидев дрожащего лучистого свечения, сопровождавшего Радужников. Увы, это была всего лишь попытка походить на них, не более.
Золотистые глаза Рюби гневно потемнели.
— Снова они. Кажется, Директория собралась выслужиться, как и магистрат. Только кому они пытаются нас продать?
Передний из всадников поспешно опустил забрало, словно ее взгляд обжигал. И глухо, как из бочки, крикнул:
— Сдавайтесь!
— Почему воины Келхоупа разбойничают на дорогах? — довольно неприветливо спросил Чани.
— Мне приказано доставить вас в город.
— Ничего не понимаю. Сначала Директория рассылает по всем дорогам вооруженную стражу, чтобы не пропустить нас в город. А два дня спустя те же самые воины получают приказ схватить нас. Ничего не понимаю.
— Это и не нужно. Я выполняю приказ, а не пытаюсь его обсуждать. Сдавайтесь и не заставляйте нас применить оружие! — крикнул воин, опуская копье так, что его острие оказалось нацеленным в грудь Рюби.
