Шла, думала о Тэодорушке. Можно было помечтать, как мы с ним приходим в ту самую кондитерскую, садимся за столик, покупаем пирожные, сидим, и мне все завидуют. Жаль, что маг не любит сладкое.
Раздавшийся впереди гнусный хохот на несколько голосов заставил меня остановиться. Так-то я не боялась, мало кто ко мне готов полезть, но рисковать лишний раз не хотелось. Я стояла и раздумывала, вперед пойти или обойти лучше.
И тут раздался знакомый скрипучий голос, заставивший меня напрячься.
— Господа, хочу вам напомнить, что перед вами — маг.
— Так мы знаем, плюгавый.
И другой издевательский голос. Я его, кажется узнала, это один из метельщиков-дворников. Учился со мной в школе. Сделала несколько шагов вперед, чтобы увидеть, что там происходит, а самой остаться вне поля зрения. Ну точно, Далл.
— И знаем, что вас, магов, наказывают, если вы магию к людям применяете. А тебя, черняк, и вовсе казнят.
— Вы думаете, что я ничего не могу предпринять без магии?
Парни заржали, было их трое, против тоненькой черной фигурки с саквояжем в руке.
— Думаем, что сейчас наваляем тебе, чтобы к девкам нашим не приставал.
Других двоих не знала, но тоже молодые, не старше Далла.
Я пошла вперед.
— Не, парни, это разве честно? Втроём на одного? Но ничо. Я все исправлю, второй стану, а вот она третьей будет, — я выдернула из забора и взвесила в руках доску, из которой торчало несколько длинных, длиннее человеческой ладoни, ржавых, но крепких гвоздей. — Вот теперь честно будет, вот теперь по — правильному. Вот теперь равновесие!
Парни попятились, завороженно глядя на гвозди.
— Тьфу, — сплюнул один из них. — Это ж девка!
Далл потер макушку, куда ему часто от меня в школе прилетало.
— Вы чего?! Это ж Тира! — бывший одноклассник умильно заулыбался. — Ты нас, Тирочка, извини, пора нам, — он развернулся и дал деру, только пятки засверкали.
Остальные недоуменно посмотрели ему вслед. Я на пробу взмахнула дoской, она просвистела в воздухе, прочная вроде. Парни попятились, а потом последовали за приятелем.
— Часто у вас так на людей нападают? Надо страже сообщить.
— Не надо. Я одного из них знаю и пожалуюсь…
— Папе? — спросил Тэодор.
— Зачем папе? Маме! Она быстренько с его родителями разберется, да и про остальных узнает. Весь город про них говорить будет, как они от девки с щепочкой улепетывали. Со стыда на улицу не выйдут. А папа у меня добрый.
— Да, добрый, — маг потер шею. — Этот молодой человек ухаживал за вами?
— Кто? Далл что ли? Нет, конечно.
— Почему они тогда ко мне привязались? Прo каких-то девушек говорили. Я вовсе не претендовал на их девушек.
— Захотели, вот и привязались. Как же, столичный в нашей деревне, вот они и пошли доказывать себе и вам, собственную значимoсть. У нас как из соседних городков парни на праздники какие или на ярмарки приезжают, так обязательно драка бывает стенка на стенку, а уж одиночку только так отлупят. Хорошо, что я мимо шла, а то тоже драки не миновать было бы.
— Тира, зачем тебе это надо? — грустно спросил Тэодор, даже не заметив, что перешёл на ты.
— Что надо? — не поняла я. Посмотрела на доску в руках. Парни вроде далеко убежали, доска мне, дейcтвительно, больше не нужна. Я отбрoсила ее в сторону. Она ударилась о родной забор, с него посыпался снег и выпали еще несколько досок. Я отвернулась в сторону, возведя очи к небу, будто ни при чем.
— Я тебе зачем? — уточнил маг.
— Ну… — о мое лицо масло можно было растапливать.
Видя, что я затрудняюсь с ответом, Тэодор решил дожать:
— Я же ведь черный маг.
— Так это хорошо! — я вспомнила слова губернатора и воодушевилась. — Редкая востребованная профессия. Ценный специалист. Без заработка не останешься.
Маг тяжело вздохнул.
— Я вызываю демонов, общаюсь с призраками, упокаиваю мертвецов…
— Так это же хорошо, я буду знать, к кому с этим обратиться!
— Я некрасивый.
— Ты oчень милый и симпатичный!
— Я всегда мёрзну и огонь меня не слушается!
— Я тебя согрею!
— Я ниже тебя ростом.
Я опустила глаза.
— Зато тебя обнимать удобно.
Видимо, аргументы у Тэодора кончились, он замолчал. Тогда я посмотрела ему в глаза и спросила, жалобно глядя:
— А я тебе? Я тебе совсем не нужна? Я готовить умею. И пироги пеку хорошо. Разные. И не сладкие. И огонь я развести могу. И уют в доме создать.
— Занавесочки? — фыркнул Тэодор.
— А что занавесочки?! Красивые!
— Чехол, кстати, на магическую книгу хорошо подошёл. Она с удовольствием его носит. Что удивительно. Спасибо.
— Вот! — воссияла я. Но решила самовосхваление разбавить перечислением своих недостатков. — Я не очень умная, выше тебя, не такая образованная и не утонченная, как благородная дама. Я тебе не подхожу — вот в чем дело! Да?
— Да уж, благородная дама никого не стала бы защищать с доской от забора в руках.
На глаза навернулись слезы. Я так и знала, что все делаю неправильно!
— Тира, — мягко позвал маг.
Я подняла глаза, он смотрел на меня, не отрывая взгляда, от этого меня бросило в жар.