Самой удачной находкой Закария считал глухого скрипача. Он навел справки в музыкальном училище, все педагоги в один голос твердили, что китаец – гений. Гений, потерявший слух, это был очень интересный поворот. Встречаться с мальчиком лично Закария не стал, в этом не было смысла, оглохший гений ни с кем не разговаривал. Но мистер Виальдо был абсолютно уверен, что если у кого и есть Великая Мечта, то именно у этого парня.
Правда, со скрипкой возникли проблемы. Кучка искусствоведов считала крайне опасным вывозить столь редкий инструмент за пределы страны. Но и этот вопрос мистеру Виальдо удалось решить со свойственным ему изяществом. Страховая премия за потерю или порчу скрипки превысила максимальные когда-либо зарегистрированные суммы. Чтобы успокоить общественность, Закария Виальдо принял участие в ток-шоу, где подробно рассказал, что футляр оснащен самым современным средством обнаружения, позволяющим в любой момент определить место нахождения скрипки с точностью «плюс-минус» пять метров. На вопрос одного из телезрителей, а что будет, если скрипку вытащат из футляра, Закария ответил, что он предлагал оснастить похожим девайсом и сам инструмент, но специалисты сказали, что возможна потеря уникального звучания.
– Но не стоит волноваться, – успокоил Закария зрителей, – футляр будет тщательно охраняться.
Он не стал говорить, что людей, сопровождающих скрипку, также легко обнаружить через спутниковый сигнал. Это телезрителям, да и самим охранникам знать было не нужно. Чип загнали им под кожу во время проведения плановых прививок, обязательных перед поездками в другие страны.
Закария считал, что неплохо бы всем участникам будущего шоу имплантировать такой чип, но, хорошенько поразмыслив, от этой затеи отказался. Это могло насторожить кандидатов, а одним из непременных условий успешности экспедиции аналитики считали полную неосведомленность ее членов.
– Они не должны знать, что их ожидает, – объяснил Закарии профессор – специалист по русской литературе XX столетия, – только в этом случае, в условиях сильнейшего стресса подсознательные желания вырвутся на поверхность. И каждый получит то, о чем мечтал всю жизнь.
Кропотливая работа по отбору кандидатов продолжалась еще три месяца. Было задействовано по меньшей мере пятнадцать региональных отделений SS. Окончательный список оказался совсем коротким, всего четыре фамилии. Две женщины и двое мужчин, один из которых был еще несовершеннолетним (Закария поискал и открыл нужный файл, – да, Лю Фонгу было семнадцать), а второй ненавидел блондинок. Могло получиться очень интересно, если эта ненависть вызовет к жизни те явления, которые стали причиной гибели предыдущих экспедиций.
Зазвонил внутренний телефон, Закария нажал на кнопку, голос секретарши сообщил, что с ним немедленно желает переговорить мистер Николаенко. Закария поморщился, мистер Николаенко ему не нравился, но его затея со съемками фильма оказалась как нельзя кстати.
– Соедините, – сухо скомандовал он.
У мистера Николаенко была масса претензий к мистеру Виальдо. Сначала он несколько раз напомнил не страдающему провалами памяти Заку, что он, Николаенко, внес немалые деньги в этот проект, и почему, черт побери, Виальдо думает, что это его личный проект. Закария внимательно слушал, не прерывая собеседника. Это тоже было одно из основных его правил, – дай человеку выговориться, если он раздражен. Особенно если он раздражен. Раздраженный человек расскажет много такого, о чем в нормальном, спокойном состоянии предпочел бы умолчать. Вот и сейчас он уже отметил в яркой речи мистера Николаенко несколько новых для себя пунктов.
– И еще я хочу вам сказать, – бурно закончил монолог Николаенко, – что я собираюсь лететь в Россию…
– Отличная мысль, – перебил его Закария Виальдо, – я как раз хотел вас об этом просить…
– О чем? – не понял Николаенко.
– Чтобы вы лично курировали процесс… – невинно ответил Виальдо.