Он сказал это так, что Лена сразу же поверила, он точно не блефует, что-то случилось, они больше не зависят от мистера Виальдо. Или, по крайней мере, им кажется, что не зависят.
– Это моя скрипка, – неожиданно сказал глухой китайский мальчик Лю Фонг, показав на футляр, – мистер Виальдо сказал моей маме, что после поездки я снова смогу играть. И что он добьется, чтобы скрипку разрешили привезти в Россию.
Лена ахнула, внезапно разгадав примитивный замысел охранников.
– Вы рассчитываете продать ее, так? Но это же смешно! Такие вещи продаются только на аукционах, за их судьбой следят. Никто ее у вас не купит.
Охранник улыбнулся, а потом расхохотался.
– Ошибаетесь, мэм, один покупатель у нас точно будет.
Китайский мальчик Лю Фонг сделал шаг вперед:
– Отдайте скрипку. Она не ваша.
Тот, что держал фонарь, перенаправил свет на Лю Фонга. Человек с пистолетом сделал шаг назад и прицелился в парнишку.
– Еще один шаг и я выстрелю.
– Вы не можете, – крикнула Лена, – он же еще подросток…
– Мне плевать, мэм, а если вы так о нем заботитесь, скажите ему, чтобы он отошел подальше.
– Отдайте скрипку, – упрямо повторил Лю Фонг и пошел прямо на охранника.
Мистер Закария Виальдо пребывал не в самом лучшем расположении духа. Это состояние было для него непривычным и выбивалось из сконструированной им самим модели жизни.
Впрочем, стороннему наблюдателю раздражение мистера Виальдо было практически незаметно. Дело в том, что мистер Виальдо всегда выглядел так, как будто уже неделю страдал несварением желудка. Он никогда не улыбался. Таблоиды называли его «Бастер Китон». Посмотрев фильмы с участием знаменитого комика, Закария не стал возражал против этого прозвища. В отличие от вечного бродяги и записного неудачника Чарли или элегантного, но плохо приспособленного к жизни героя Макса Линдера, герои Китона были рациональны, что вызывало понимание и уважение.
Итак, широкая публика знала Закарию Виальдо как никогда не улыбающегося, вечно недовольного, но, тем не менее, невероятно успешного бизнесмена. Он появился на небосклоне деловой Америки на восьмом году Великого мирового кризиса. И почти сразу стал довольно заметной фигурой. Он скупил практически задаром долговые обязательства нескольких крупных компаний и, особо не афишируя своих действий, прибрал к рукам несколько отраслей промышленности. К тому моменту, когда начала потихоньку подниматься биржа, Закария был уже сказочно богат. Нельзя сказать, что никто не задавался вопросом, откуда взялись у мистера Виальдо первоначальные средства. И некоторые настолько этим интересовались, что не скупились на расходы, чтобы выяснить источник богатства Закарии. Грамотные профессионалы, как частные сыщики, так и целые агентства (среди них знаменитое агентство Пинкертона, одно из немногих, выживших после кризиса) раскапывали прошлое мистера Виальдо, некоторые из них даже кое-что находили. Все расследования заканчивались одним и тем же, – деньги у Виальдо явно были заграничного происхождения, для дальнейшей работы сыщикам нужно было ехать в командировку. Вылетев за пределы родины, сыщики рапортовали об успешном приземлении и исчезали. После того, как где-то в Южной Америке исчез шестой специалист, ведущие агентства отказались обслуживать очередного любопытного клиента.
Закария Виальдо знал об этих расследованиях, но его это мало беспокоило. Ничего незаконного в его действиях не было. По той простой причине, что ни в одной стране не было закона, под который попадали бы действия мистера Виальдо.
Когда он начинал, он и сам не особо верил в то, что это сработает. В его распоряжении тогда не было точных фактов, только чудом сохранившиеся рукописи. Рукописи и произведения писателей-фантастов. Сделав один раз смелое допущение, он искал и находил подтверждения своим догадкам. Потом, постепенно обрастая связями, он получил доступ к военным архивам и был поражен, как много информации скрывали абсолютно все правительства от своих народов.