– Нет, нет, нет… – забормотал режиссер. – Фея нужна. Без феи никуда. У нас и так сроки горят, а там еще монтаж… Гибель! Самая настоящая гибель!
– Ну, можно Ларку вызвонить и такси заказать.
– Пока она доедет, солнце сядет, – мрачно ответил Олег. – А для ночных сцен нашего света определенно не хватит.
– Гибель, гибель, гибель… – снова пробормотал Сема, щипая свои щеки.
Однако, он резко замолчал и неожиданно посмотрел на меня. Холодно и оценивающе, как и подобает режиссеру, снимающему порно. От этого взгляда мне стало до одури некомфортно, но остальная команда, за исключением Марка, тоже смотрела на меня. Конечно, в их головах уже вовсю зрел гениальный план замены.
– А если Женьку феей-то? – осторожно озвучил Олег то, что было на языке у других.
– Не пойдет, – помотал головой Марк. – Там сцена с проникновением.
– Можно вырезать тогда. Хуй с ней, с феечкой этой, – пожал плечами Олег. – Меньше мороки на обработке будет.
– Я те как дам «хуй с ней», – взвилась Настя. – Фея – это ключевой момент сюжета. Как принц найдет логово Румпельштильцхена? О нем ему как раз фея расскажет. И клиент четко дал понять, какие сцены ебли ему нужны. Хули вы думаете, это моя блажь?
– Настя права, – вздохнул Сема. – Без феи сюжет забуксует. Как тогда принц узнает местонахождение Рулешпиц… гнома? Нам срочно нужна фея.
– Раз Брылёва ее придумала, пусть ее и отыгрывает, – усмехнулся Олег. Побагровевшая и оскорбленная до глубин души Настя прострекотала что-то на черном наречии и очертила вокруг оператора кривой круг. То ли прокляла, то ли она так ругалась. Атмосфера на площадке неожиданно накалилась и в воздухе запахло бедой. Я же удивленно переводила взгляд с кипящей от гнева Насти на сокрушавшегося Сему, и не понимала, что такого важного в этой сцене. Но раз пошла ругань, значит что-то важное все-таки было.
– А и правда, – встряла молчащая до этого момента гримерша мама Валя. – Женя вон какая красавица. Худющая, красивая. Настоящая фея. Листики ей на соски приклеим, кожу припудрим и готово.
– Ну, покрасивше Ларки будет. Факт, – согласилась Настя, все еще злившаяся на Олега. Тому проклятия сценаристки были по барабану. Он оперся плечом на ствол дуба и задумчиво покуривал самокрутку, наблюдая за жарким спором.
– А Женю вы спросить не хотите? – тихо и весьма неожиданно спросил Сережа. Он поправил жилетку, утер пот со лба, и вышел вперед. – Чего вы накинулись? Она вам своего согласия не давала, а вы на нее давите так, что впору бежать отсюда. Не ее косяк, что вы про Ларису забыли. И не ей отдуваться теперь.
– Он прав, – наконец-то ответила я. – Могли бы и спросить для начала, прежде чем за меня все решать. Спасибо, Сереж.
– Пустое, – улыбнулся маленький человек. Кто б мог подумать, что заступится за меня он, а не Марк. Но в моем сердце и в моей голове уже вовсю шла борьба. Часть меня была не против. За съемку заплатят деньги и деньги куда больше, чем я получила за ту съемку с Марком, когда мы просто терлись друг об друга. Другая часть вопила о стыде, о совести, о страхе. Если я соглашусь, то мне придется натурально трахаться с Марком на берегу пруда, изображавшего озеро. И более того, делать это перед всей съемочной группой. Но было и желание… Желание попробовать, самой ощутить, каково это – сниматься в настоящем порно. И в этот момент на задний план отступили и долги, и нужда, и страхи. Осталось только любопытство и возбуждение.
– Ладно. Я согласна, – тихо обронила я, заставив ругающихся моментально заткнуться. Сема облегченно выдохнул, Марк удивленно переглянулся с не менее удивленной Настей, а мама Валя уже спешила ко мне со своей черной сумкой, чтобы хорошенько так загримировать.
Фея сидела на берегу озера, выгнув спину и подставив жаркому солнцу упругую грудь, которую прикрывали крохотные, начавшие желтеть листья дуба. Однако шорох кустов заставил лесную красавицу вздрогнуть и испуганно прикрыть руками наготу. Впрочем, очень скоро испуг сменился любопытством, когда фея увидела, что из кустов вылезает прекрасный усталый юноша в красном камзоле.
– Молю тебя, фея, не беги, – поспешил воскликнуть он, поднимая вверх руки. – Отчаялся я. Заплутал в Волшебном лесу.
– Нужда тебя привела или любопытство? – спросила фея. – Что делает сын короля в Волшебном лесу совсем один? Без челяди, и без коня.
– Ищу любовь свою, которую похитил так коварно проклятый Румпельштильцхен. Околдовал он ее, в лес обманом заманил и в твердыне своей заточил.
– Могу помочь в беде твоей, – чуть подумав, ответила фея. – Да только уплатить за помощь тебе вперед придется.
– Проси. Проси, что хочешь, лесная госпожа. Но укажи мне, где любовь мою найти.
– Несложно это сделать, – рассмеялась фея, повернувшись к принцу. Упругие груди призывно колыхнулись. – Ежели так сильна твоя любовь, так поделись же ей со мной скорее. Отдай себя мне без остатка. Всего на миг, пока не скрылось солнце под водою…
