– Сомнительно, но окей, – кивнула Настя. Ее глаза возбужденно блестели, и я могла бы поставить сотку, что в этой прекрасной бледной головке уже вовсю рисуется сценарий, где Мини-Конг сношает американскую актрису. – А что, если сделать обезьяну малость разумней, чем это было в фильме? Как вариант, как вариант…
– Теперь ее можно оставить на пару часов, – улыбнулся Сема, смотря, как Настя бубнит себе под нос и загибает пальцы. – Реализма от нас никто не требует. Все же сам факт, что Кинг-Конг уменьшен, уже нелеп и фантастичен. Осталось решить, кто берется за роль.
– Обещаешь, что мне не придется ебаться с настоящей обезьяной? – угрюмо спросила Лада. Сема ободряюще улыбнулся и кивнул. – И под шкурой будет нормальный мужик? Марк, Веня или Сережка там?
– Насчет Половинкина ты загнула. Это уже не Мини-Конг получится, а горилла-лилипут с рахитом, – перебила ее Настя. – Марк для обезьяны слишком тощий. Прости, красотуля, но этот шедевр пройдет без твоего участия.
– Вообще-то, это я решаю, кто подойдет, а кто нет, – вставил Сема. Настя хмыкнула, мол, «моя хата с краю» и водрузила на колени ноутбук. – Вот и славно, что с этим определились. Клятвенно заверяю, Ладочка, что обойдемся настоящим человеком. Только в костюме гориллы.
– Длина хуя обычной гориллы три сантиметра, – заметила Настя.
– Боюсь спрашивать, откуда у тебя такие познания, – съязвил Сергей, вызвав у остальных смешки.
– Книжки читаю, а не в срамоте всякой снимаюсь, как всякие гнусные карлы, – парировала та. – С другой стороны, если у нас не реализм, то обезьяне можно весьма увесистую елду наколдовать в сценарии.
– Комплекция тоже важна, – мотнул головой Сема. – Настя права. Марк слишком худой для этой роли.
– А я? – возбужденно спросил Веня, сидящий рядом с Катериной Львовной.
– Кукуруза между ног – не самый плохой вариант, – хмыкнула Настя. – Можно в сценарий добавить объяснение, что уменьшающий луч исказил и хуй царя обезьян. Только почему он сделал его похожим на кукурузу? Ну, кто его знает. Может, у ученого было специфическое чувство юмора… А это идея.
– Я готов, – поспешил добавить Веня. – Деньги лишними не будут.
– Ладочка, что скажешь?
– Не против, – протянула та, кивнув Вене. – Только уложитесь в минимум дублей. От кукурузы у меня там все натирает. Даже лубрикант не помогает.
– Придется постараться, – вздохнул Сема. – Настя, сколько тебе надо времени, чтобы сценарий подготовить?
– Дня три-четыре.
– Не так уж и много, – усмехнулся Марк.
– Ну а хули ты думал, сладкий. Мы ж тут не «Молчание ягнят» снимаем, – буркнула Настя, с головой погрузившись в проработку черновой идеи.
– Тогда ставим в график на выходные. Утвердим роли позднее, как будет готов финальный сценарий и раскадровки.
– Все? – устало спросила Лада. – Домой можно идти?
– Нужно, родные, нужно. Так, все. Отбой. Катерина Львовна, Веня… Жду вас завтра к трем часам. Нужно отснять финал истории про папу-зэка и учительницу химии.
Естественно, я не могла упустить такой возможности и в субботу примчалась на съемочную площадку, чтобы самолично увидеть историю уменьшенного Кинг-Конга. Впрочем, как оказалось, не только мне это интересно. Выходным днем пожертвовали все актеры, заявившись в студию ранним утром. Были там и те, кого я уже знала, но хватало и новых лиц. С ними меня познакомил Марк, пока Сема, Веня и Лада делали финальный прогон первой сцены. Ну, технически это была не первая сцена, а финал, который Сема всегда снимал первым. Болтовню и прочие мелочи снимали позднее. Исключения, конечно, были, но очень редко. Все ж у каждого творца свой собственный подход к творчеству. Сема любил начинать съемку с конца истории, пока актеры свежи и друг друга еще не заебали. Позднее стало понятно, почему режиссер решил начать с финала.
Работу с Ладой мама Валя провела не то, чтобы хорошую, а идеальную. Глядя на красивую женщину, лежащую на кровати с сигаретой, в голове невольно проносились кадры из старых американских фильмов. Ладу было не узнать. Ее собственные яркие волосы закрыл роскошный белый парик, кремовое платье было невероятно красивым и притягивающим взгляд. И откуда Валя его только вытащила? Макияж, продуманность образа… все было идеальным. На кровати сейчас лежала не наша Лада Расписная, а кто-то похожий и на Кэтрин Хепберн, и на Вивьен Ли, и на Барбару Стэнвик одновременно. Откуда я их знаю? Ну, пацанки с Речки разными бывают. Как и фильмы, в коллекции их родителей. Не все же быдло быдлом рожденное.
