— Что же теперь делать? Как это забыть? Нет, нельзя забывать, это будет неуважение к ним. Я справлюсь. Кошмар. За что? Это не правильно! Нужно взять себя в руки…
Собравшись с мыслями, Виктор побрел к кадке с водой, чтобы привести себя в порядок.
— Хорошо, что эти душегубы убрались восвояси, — кто-то завел разговор неподалеку.
Виктор инстинктивно поднял голову и быстро осмотрелся. Из амбара вышли две дородные женщины. Судя по одежде, они работали в этой корчме, помогали вести хозяйство. В руках обе держали корзинки с овощами.
— И то верно, Марфа, — ответила женщина в синем платке с вышитыми ромашками, — у всех оружие в крови. Пытались стереть, да у меня-то глаз видючий!
— А как гарью-то от них несло! — поддержала её собеседница в зеленом сарафане. — Видно, большой пожар учинили, ироды! Сразу их надо было гнать со двора. Да Митяй-то у нас мягкотелый, не решился супротив стрельцов княжьих пойти. Не мужик, а тряпка!
— И не говори, — разочарованно покачала головой Марфа. — Одно только слово, что мужик, а на деле хуже любой бабы! — она поудобнее перехватила корзинку и быстро поправила почти выпавшую морковь. — И как только старый Тихон доверил корчму такому рохле? Попомни мои слова, он и двух зим не протянет!
Конца разговора Виктор уже не слышал, женщины быстро скрылись где-то в недрах корчмы. Закончив приводить себя в порядок, насколько можно привести в порядок местами подгоревшие одежду и волосы, он решил получше расспросить корчмаря, не узнал ли он чего от этих стрельцов. Да и перекусить бы не помешало. Живот так и норовил напомнить, что уже больше суток в нем не было ни крошки.
Внутри корчмы стоял полумрак. Свет пробивался только через небольшие оконца, возле которых стояли массивные, достаточно грубо сбитые столы и лавки. Людей было чуть больше дюжины. Они пили, ели и травили старые байки, рассказанные уже по сотне раз, но по-прежнему вызывающие интерес у публики. Виктора на мгновение охватило чувство покоя и радости. Он уже хотел было присоединиться к хохочущей толпе, но осознал, что эти люди просто не знают о том ужасе, что произошел совсем недалеко отсюда. А может, они не хотят знать? В последний раз окинув взглядом беззаботную толпу, Виктор направился прямиком к корчмарю. “Как его там звали? — старался вспомнить он. — Митяй?
Если бы Митяй не раздавал указания кухарке, Виктор мог бы легко спутать его с одним из посетителей. Некогда нарядная, расшитая узорами красная рубаха была засаленной и грязной от сажи, пота и остатков еды. Сапоги, казалось, не чистились с момента покупки. А из-под сдвинутой набекрень, местами дырявой шапочки виднелись патлатые рыжие волосы. То ли дела у корчмы шли из рук вон плохо, то ли Митяй не хотел на своём примере показывать статус достойного заведения.
— А что, хозяин, — завел разговор Виктор, — не найдётся ли у тебя еды для усталого путника?
— Отчего же не найдётся? — бодро ответил Митяй, радуясь новому клиенту. — Наша Марфа как раз готовит отменную похлёбку! Всего двадцать векшей за миску!
— Так нет у меня ни двадцати векшей, ни одной, ничего у меня не осталось, — печально усмехнулся гость. — Может слыхали, что деревню на днях спалили ироды?
Улыбка сползла с лица корчмаря, да так, что было неясно почему. То ли из жалости к несчастью посетителя, то ли из-за отсутствия у него денег. Однако, не подав вида, он скрылся за занавеской, отделяющей кухню, и спустя пару мгновений вынырнул оттуда с парой кусков слегка подсохшего хлеба и небольшой чашкой молока.
— Как же, слышал об этой напасти, — ответил Митяй, расставляя нехитрый обед перед гостем. — У нас как раз стрельцы на постое были, говорили, что пытались помочь погорельцам, да только одного мальчонку спасти сумели.
Последние слова прозвучали для Виктора, как гром среди ночной тишины. Он выронил из руки хлеб и, чуть не разлив молоко, резко повернулся к корчмарю. Мышцы напряглись, а дыхание участилось. Наконец-то стало понятно, что делать дальше.
— Мальчишка! С ними был мальчишка? — почти проорал Виктор, да так, что Митяй отпрянул от него и перекрестился. — Рыжий такой. С ними был?
— Б-был… Р-рыжий… — заикаясь, промямлил корчмарь. — А что не так-то? Случилось чего?
— Где они?! Куда ушли?
— Так ушли стрельцы, еще с первыми петухами. А куда не знаю.
— А кто знает?!
Сказав это, Виктор начал резко озираться по сторонам. Шум привлек внимание всех посетителей корчмы. Все, как один, прервали трапезу. Некоторые мужики встали со своих мест, готовясь к возможной драке. Девушки прятались за спинами мужчин. Напряженную тишину нарушила кухарка Марфа, показавшаяся из-за занавески.
— На север они ушли, — устало сказала женщина. — Ушли — и слава богу. Коли догнать их хочешь, поспешить придётся.
— Спасибо, — приходя в себя, произнес Виктор и быстро двинулся к выходу. — Простите за то, что я здесь устроил.
— Там сейчас ярмарка в самом разгаре, не пропустишь, — Крикнула вслед кухарка. В ответ мужчина благодарно кивнул и выскочил во двор.
