Кас стоял в нескольких шагах от кровати и смотрел, как Дин медленно садится и ждет, пока комната перестанет вращаться. Обычно Кас бы уже помог Винчестеру встать, даже если бы тот нарушил все правила и напился до потери пульса. Но ангел даже не протянул Дину руку: он просто смерил его холодным взглядом. Как только охотник сумел встать на ноги, Кас развернулся и молча вышел в коридор.
Черт. Всё было очень, очень плохо.
***
Дин вернулся в спальню через десять минут. Не рекорд, конечно, но, если учитывать то, что охотнику приходилось двигаться со скоростью черепахи, чтобы не усилить головную боль или не потерять равновесие, время всё равно впечатляло.
Кас уже ждал его, сидя на стуле в нескольких шагах от кровати. На тумбочке стояли тарелка с двумя бутербродами с арахисовым маслом, гигантский стакан воды и две таблетки, в которых Дин сразу узнал ибупрофен.
Винчестер быстро выпил таблетки. Как только ледяная вода достигла горла, охотник понял, что умирает от жажды, и за несколько секунд осушил добрую половину стакана. Дин вздрогнул и, пытаясь отдышаться, понял, что мозг начал работать быстрее. Сочетание еды, воды и таблеток явно могло помочь Винчестеру снова начать чувствовать себя человеком.
Дин намеренно не смотрел на ангела, хотя и чувствовал, что тот сверлит его взглядом. К слову, то, что Кас держал дистанцию, было очень странно. Он словно не позволял себе подойти к Дину, и это чертовски пугало.
Не то чтобы Дин был голоден… На самом деле, его даже немного подташнивало, но он знал, что спорить с Касом о необходимости поесть — не лучшая идея. Черт, сейчас с Касом вообще лучше было не спорить. Дин сел на кровать, откусил кусок бутерброда и вынудил себя сглотнуть.
Тошнота почти сразу отступила, так что Дин продолжил есть. Вскоре от первого бутерброда ничего не осталось, и Винчестер потянулся за вторым… Ладно, возможно, он был голоднее, чем думал раньше.
Хлеб был на удивление вкусным. Что же, по крайней мере, с одной вещью Дин вчера всё же не облажался. Охотник тут же отвлекся от хлеба: сложно на чем-то сосредоточиться, когда в метре от тебя сидит опасно тихий ангел Божий и сверлит тебя взглядом.
За исключением звуков пережевывания бутербродов или глотков воды, в комнате стояла тишина. Если бы Дин хорошенько всё обдумал, то растянул бы бутерброд, чтобы выиграть время. Но, не в силах бороться с естественными потребностями, охотник быстро проглотил хлеб, поставил пустой стакан на тумбочку и закрыл глаза, прислушиваясь к своему телу.
Головная боль, конечно, не исчезла, но существенно ослабла. Судя по всему, она планировала остаться с Дином еще на пару часов, напоминая о себе тупым покалыванием в затылке. Живот был приятно наполнен, а мозг начал работать намного быстрее. Не очешуенно, конечно, но жить можно. А значит, оттягивать разговор было нельзя: подобные попытки только еще больше злили Каса.
Глубоко вдохнув, Дин устроился на кровати, скрестив ноги, и поднял взгляд на ангела:
— Ладно. Во-первых, спасибо тебе большое за ибупрофен, еду и воду. Я очень ценю это.
Ангел кивнул, но промолчал.
— Почему бы тебе не сесть рядом, чтобы мы могли со всем разобраться? — предложил Дин, тихо вздохнув, — я вижу, что ты с трудом контролируешь себя.
— В твоих же интересах не приближаться ко мне ни на дюйм. Я поклялся никогда не причинять тебе боль, не будучи при этом абсолютно спокойным, и не хочу нарушать своё обещание.
Дин сжал зубы и медленно выдохнул, заставляя тело расслабиться. Он видел, что Кас зол, и понимал, из-за чего, но его раздражала несправедливость. Почему виноватым опять оказался Дин, а Сэму всё сошло с рук? Удостоверившись, что не скажет какую-то глупость, охотник выдохнул:
— Я… Ценю, что ты следишь, чтобы я был в безопасности, — осторожно сказал он. И именно эта фраза прорвала плотину.
— Ну, кто-то же должен этим заниматься, правда? — прошипел Кас, прищурившись, — раз уж ты, очевидно, не можешь с этим справиться. Ты вообще понимаешь, насколько безрассудно поступил? Как плохо это могло закончиться?
— Мне кажется, всё и так закончилось довольно плохо, потому…
— Немедленно. Заткнись.
Дин мгновенно захлопнул рот и инстинктивно отшатнулся, увидев, что глаза ангела горят яростным огнем.
— Ты будешь говорить только после моего разрешения. Можешь кивать или качать головой. Ясно?
Дин медленно выдохнул и кивнул.
— Когда я говорю, что всё могло закончиться плохо, я не намекаю на то, что Сэм поменял местами тарелки… Хотя то, что ты об этом не подумал, просто смешно, — а вот это было обидно: не то чтобы Кас назвал Дина тупым, но ощущения были примерно те же, — Нет, я говорю о том, что ты намеренно подсыпал своему брату слишком большую дозу лекарства, что привело к тому, что ты сам отравился еще сильнее, ведь ты меньше Сэма. Не говоря уже о том, что ты явно не учел, что у Сэма могла начаться аллергическая реакция.
Дин открыл рот, чтобы заявить, что аллергия на лекарство от аллергии — это хрень собачья, но, увидев взгляд Каса, тут же передумал вообще что-либо говорить. Ангел продолжил: