- Случается, - согласился Кьер-Ард, разворачивая спира, - но я все же рассчитываю увидеть тебя с нами и живым. Удачи тебе, сэй-гор. Пусть Хозяйка Дорог поможет твоему успеху, ибо твой успех - это наш успех.
- Я служу Хабар-Калазу, - серьезно заметил Кермаль, - но все равно - благодарю.
Кош-кевор не собирался тешить себя дешевыми иллюзиями. Шансов на выживание у отряда прикрытия было исчезающе мало. У тех, что уходили сейчас по ущелью - немногим больше. За свою жизнь сэй-гор не боялся, жалеть стоило только о невозможности победить в предстоящей схватке, ибо лишь победа - наилучшая дань Хабар-Калазу. Впрочем, достойная гибель в бою тоже может стать победой… особого рода.
Кермаль-Шат едва заметно улыбнулся своим мыслям. Он вспомнил, что уже сумел сегодня дважды одержать победу: одну - при штурме крепости, другую - отбивая первый, хаотичный удар неожиданно налетевшего отряда спир-хэдов. Тройка - число, угодное Неистовому Воину. Победив за день трижды подряд, можно без стыда предстать перед лицом бога истинных воинов. Кош-кевор Каменного Арда поклялся самому себе выиграть сегодня в третий раз. Иного он теперь просто не представлял.
* * *
Резко осаженный спир сердито зашипел. Поднявшись в седле, Вирэль озиралась по сторонам с обеспокоенным видом.
- Ты Антри не видел? - спросила она у подъехавшего Карзафа.
- Он нас не обгонял, - покачал головой Законник и тут же пожалел о своих словах, так как Вирэль уже решительно разворачивала своего шипящего спира в сторону выхода из ущелья.
- Беда с этим Рыжим, - заявила девушка, - да и я хороша: нужно было остаться и подождать его. В крайнем случае, за уши вытащила бы из Тинтры.
- Там враг, - попытался остановить ее Карзаф, но Вирэль будто и не заметила его слов, сунула пятками в чешуйчатые бока и помчалась обратно, по перепаханной проходящим отрядом просеке.
- Чтоб ему пропасть, Рыжему этому, - раздраженно буркнул себе под нос Законник из Реска-Рэх, - и этой взбалмошной девчонке вместе с ним. И чего это я, дурная голова, мотаюсь за ней ровно привязанный? Ведь даже не очень похожа…
Тут он осекся и нахмурился, словно боясь произнести то, о чем не хотел говорить и сам с собой. Какое-то время он так и сидел, нахохлившийся, погруженный в себя. Отряд уже успел пройти мимо и скрыться в бесконечных извивах ущелья, когда размышления Карзафа достигли некоего предела. Лицо его исказила мгновенная судорога, он внезапно встрепенулся, выплюнул сквозь сжатые зубы короткое невнятное ругательство и погнал спира вслед за давно исчезнувшей из вида Вирэль.
* * *
Бракальские рашхары продержались дольше, чем рассчитывал кош-кевор Песчаного арда. Они бились с упорством обреченных и уступили лишь когда последний из них не смог больше держать в руках оружие. Фри-Брашу дорого далась победа: за прорыв он заплатил двойную цену убитыми и тяжелоранеными, в Тинтру вошло менее двух с половиной тысяч способных сражаться спир-хэдов, вместо трех.
Воины были измучены ночным маршем и битвой, они хотели есть, им требовался хотя бы недолгий отдых. Разъяренный потерями, Фри-Браш не дал им ни того, ни другого. Почти полторы тысячи всадников, из тех, что выглядели посвежее, без остановки прошли через поселок и устремились по хорошо заметному следу отступившего врага. Подгоняемые криками старшин, голодные и злые спир-хэды гнали вперед своих усталых животных, забыв о всякой осторожности, движимые лишь желанием догнать и покончить с единственным препятствием между ними и долгожданным отдыхом.
И при входе в ущелье они напоролись на засаду…
* * *
Первый спир упал, добежав чуть ли не до середины "гребенки боли". Его правая нога вдруг подломилась, он дико завизжал и с разбегу сунулся головой в сугроб. Всадник вылетел из седла и шлепнулся рядом с бьющимся на снегу спиром. Подняться на ноги ему было уже не суждено: при падении он напоролся грудью на обломок копья - беднягу не спасла и кольчуга.
Следующие два спира повалились почти одновременно, а потом они уже падали беспрерывно, один за другим. Сотней шагов глубже в ущелье сугробы вдруг зашевелились. Из снега поднялись эндра-ши с ворбами, из-за деревьев выступили оставленные Кьер-Ардом лучники. Гудение тетив и щелчки самострельных механизмов перекрыли вопли спир-хэдов и визг погибающих животных. Расстояние было слишком мало, чтобы промахиваться. Стрелы и бельты били в смешавшиеся передние ряды всадников Фри-Браша, беспощадно поражая не столько воинов, сколько животных под ними. Поперек просеки быстро вырос барьер из чешуйчатых тел - корчащихся, шипящих, визжащих, беспорядочно лупящих в агонии мощными голенастыми ногами. Уцелевшие при падении воины барахтались среди них, поднимались, пытаясь выбраться из чудовищной свалки, снова падали, сбиваемые с ног; их отчаянные крики вплетались в повисшую над просекой общую какофонию бойни.
