Передние ряды спир-хэдов уже легли в снег, а подоспевшие задние уперлись в эту живую агонизирующую баррикаду и топтались на месте, пытаясь подавать назад, но лишь еще больше усиливая толчею и сумятицу. На узкой просеке трудно было развернуться и перестроиться для новой атаки, быстро же отойти - просто невозможно. Некоторые из спир-хэдов сами хватались за луки, пытались отстреливаться, но толку от этого выходило немного. Густо летящие стрелы косили спиров и наездников, не давая им опомниться. Когда атакующая колонна все же остановила свой самоубийственный напор и откатилась назад, вон из ущелья, на просеке осталось лежать более двух сотен мертвых и умирающих спиров и почти столько же их неудачливых хозяев. Засадный отряд потерял убитыми двух лучников и еще одного серьезно ранили в шею.
* * *
Наверное со времен Сташа Крикуна, уже почти забытого потомками, ни один аркский полководец не орал на своих солдат так, как орал на отступивших спир-хэдов меот-кортэг Фри-Браш, наследный акихар Гард-Гьердский.
- Трусливые ничтожества! Недоноски! Слабаки сопливые! С вашей гордостью только отхожие ямы чистить!
Эратль-Хисс, старшина первой "руки", шедший в авангарде, погиб, затоптанный обезумевшими от боли спирами. Глупая и бесславная смерть, однако стоя сейчас перед брызжущим слюной и ругательствами Фри-Брашем, остальные офицеры склонны были думать, что их товарищу неслыханно повезло.
- Вы не способны сделать простое дело! Мне что, нужно самому браться за меч и идти впереди вас, чтобы добиться хоть какого-нибудь толка?!
Каждый из старшин подумал, что идея эта вовсе недурна, но, само собой, вслух никто не проронил ни звука.
- Назад, в ущелье! - Фри-Браш яростно махнул рукой, то ли указывая направление, то ли просто от избытка чувств. - Либо вы до темноты передавите этих ублюдков до единого, либо я сам передавлю вас этими вот руками! Пш-ш-шли!…
Старшины молча повернулись и полезли в седла. Каждый из них мог помериться с гард-гьердским выскочкой чистотой крови, каждый готов был затолкать ему обратно в глотку его ругань, но ни один не осмелился даже возразить. Фри-Браша над ними поставил сам Козра-Зур, любимчик хорла, и с этим фактом шутить не приходилось.
- Всем спешиться, - прозвучал неожиданный приказ, отданный негромким, но твердым голосом. Спир-хэды начали оглядываться и один за другим соскакивать вниз. Харта Серого видели при Бьер-одре многие и узнали его сразу, несмотря на изодранную одежду и окровавленное лицо. Узнал его и Фри-Браш, сразу проглотивший уже готовое сорваться с языка ругательство. Лишь процедил сквозь зубы:
- Здесь я распоряжаюсь, Серый. Своим бойцам я приказываю сам.
- Ты всего лишь меот-кортэг, - заметил Харт, подходя ближе, - а я - сарбах и советник хорла. Согласно Уставу во время войны ты обязан подчиняться мне
Харт выделил голосом последнее слово и пристально посмотрел на командира спир-хэдов, понял ли? Фри-Браш кивнул с угрюмым видом, дескать "понял, не дурак".
"Это хорошо, что не дурак, - блеснул скрытой иронией взгляд Серого. - Был бы ты дураком, так и разговор у нас с тобой иной бы вышел."
- Если они уйдут…
Фри-Браш взвесил на руке извлеченный из ножен кинжал и вдруг одним резким движением согнул клинок, почти сложив его пополам. Какое-то мгновение закаленная сталь сопротивлялась безжалостному напору, а затем лезвие переломилось на две неравные части с пронзительным скрежетом, заставившим вздрогнуть стоящих поблизости воинов.
- Если они уйдут, - многозначительно повторил меот-кортэг, - наши хребты полопаются столь же быстро. Кортэг не станет выслушивать невразумительных оправданий, а его личный палач - тем более. Ты хочешь сунуть наши руки под крэдек, сарбах? Что ж, твоя воля, я подчинюсь. Только сперва скажи мне:
- Мальчишки с ними уже нет, - ответил Харт, - он сумел добраться до Врат и вошел. Удалось ему при этом выжить или не удалось - Тши-Хат знает, но в любом случае Ольк из Калеха больше не со своим отрядом.
Тяжелая пауза повисла в воздухе. Фри-Браш озадаченно посмотрел на Серого, нахмурился, сдвигая брови к переносице, потом упрямо тряхнул головой, отбрасывая в сторону обломки кинжала.
- Тем меньше причин отпускать его друзей-бунтовщиков. Более того - это теперь единственная возможность хоть как-то оправдаться перед Козра-Зуром.
- Я все возьму на себя.
- Ты ведь сам сказал про себя: мол, сарбах и советник хорла. Кортэг, боясь гнева Бьер-одра, не осмелится тронуть тебя, а меня и этих дурней (кивок в сторону понурившихся старшин) все равно отдаст палачу. Кто-то ведь должен быть наказан.
Согласный кивок Харта был очень медленным и очень неохотным. Он хорошо знал норовистого Козра-Зура. Тот и впрямь был скор на расправу и Серый понимал: когда до хорла дойдет весть о самоуправстве кортэга, Бьер-Рик будет весьма недоволен, однако к тому времени изменить что-либо окажется уже невозможно и властителю Вирт-Хорл ничего иного не останется, кроме как смотреть на неблаговидные деяния своего любимчика сквозь пальцы.
