— Удачи тебе, девочка. Загляни на днях к Рейге, у неё явно не хватает помощницы в аптеке. — Лита улыбнулась шире, подмигнула и потрепала её по голове, прежде чем вернуться к коляске. Эстер неуверенно развернулась к аптекарше, которая лишь смотрела на Литу, как на нашкодившего кота, которого и наказать-то рука не поднимется. А та тихо рассмеялась, помахала всем рукой и закрыла дверцу коляски. Кучер тронул лошадей. Некоторое время постояльцы дома Марты стояли у входа, глядя вслед поднявшемуся от колёс пыльному облаку. Эстер на миг показалось, что это не просто горстка людей, собранных под одной крышей лишь волею обстоятельств. Даже вредный Кёрн казался теперь не таким противным, пока стоял и вместе со всеми молча смотрел на удаляющуюся коляску. Первой в дом ушла Марта. За ней потихоньку вернулись и остальные жильцы.
— Ты задержался из-за шкатулки? — остановила вопросом у лестницы Арлена Эстер.
— Забыл, куда вчера её положил.
— Но она была разбита и… зачем ты её отдал? В конце концов это был подарок Саюле, а её больше нет, и это… должно быть для неё больно, — предположила девушка.
— Я не знаю. Мне показалось, что я должен был так сделать. В конце концов она такой же заказчик, как и все, а я привык до конца выполнять свою работу, — как-то рассеянно ответил он, глядя в пустоту над лестницей.
— Понятно. — На самом деле, ей ничего не было понятно. — Слушай, это вообще нормально, что мне её… мне её так жалко? — решилась наконец спросить Эстер. — Не Саюлу, а именно её и…
— Я понял. Всё хорошо. Это нормально, — не стал мучить её попытками объяснить Арлен, прежде чем двинуться наверх. — Мёртвым ничем не поможешь. Жалеть нужно живых.
— Спасибо.
Он в ответ только кивнул, продолжив путь наверх.
Ближе к обеду в холле снова начали накапливаться сумки. Эстер услышала подъехавшую коляску ещё с кухни. Конечно, всё было логично: это работа Марты, содержать постояльцев. Двое ушли, значит, надо двух найти. Агенты хозяйки справились со своей работой удивительно быстро: об отъезде Литы стало известно только за ночь до него, а почти сразу после её отъезда Марта уже уехала с кем-то оформлять новый договор. Эстер вышла из кухни, прошлась вокруг кресел, между которыми были сложены одинаковые кожаные сумки, длинные и круглые, как тубусы, только толще. Девушка немного удивилась. Сумок было как минимум десяток. «Кто-то к нам надолго», — сделала вывод Эстер. Хотя, у Марты на одну или две ночи редко оставались, если судить по разговорам и историям всех жильцов. Странно только, что хозяин сумок так задерживался. Она уже хотела присмотреться к ним поближе, как вдруг за спиной открылась входная дверь. Эстер на всякий случай отстранилась от багажа, сделала вид, что протирает журнальный столик, но, взглянув на гостя, резко развернулась, не поверив сначала своим глазам. А тот в свою очередь замер на пороге, мял в сухих узловатых пальцах растрескавшийся ремешок закинутого на спину чехла для скрипки, но смотрел не на девушку, а куда-то в сторону и выше. Она по инерции проследила за взглядом. Пришлось оглянуться на лестницу.
— Айенор?
Эстер в который раз успела поймать себя на том, что не услышала, как вообще успел появиться на лестнице Арлен. Но удивление было не от того. На пороге стоял тот самый Деревянный из бара, и маг похоже его тоже узнал. «Ну что ж, теперь я хотя бы знаю, как тебя зовут…» — снова оглядываясь на дверь, подумала она
— Это уже мистика какая-то, — вместо приветствия, улыбнулся в ответ на неуверенное предположение человек на пороге, а затем, наконец, обратил внимание на Эстер: — О, и ты тут? Интересно… — Он неуверенно прошёлся от двери к креслам, снова обратился к уже спустившемуся Арлену: — Хоть бы зашёл, чего сказал, а то так пропали оба в один вечер, что я думать должен?
— Не думал, что ты волнуешься.
— Но вот мы снова не сговариваясь встретились… Живёшь тут? — Айенор осмотрелся по сторонам оценивающим взглядом.
— А ты, я так понимаю, собираешься? — в свою очередь задал вопрос Арлен, не собираясь давать очевидных ответов. — А что Лэнгдом?
— Спился Лэнгдом. — Он пожал плечами. — Мы с Момеат продали землю и ту рухлядь, что он звал баром, разделили деньги и разбежались, пока никто не спохватился. Она — назад в Сохет, я — куда глаза глядят. Благо скрипку ещё не продал, может, пригодится… А раз уж ты тут, могу я попросить..?
— Я бы мог отослать тебя в контору, но лучше давай так, по старой дружбе разберёмся. И быстрее, и надёжнее.
Говорили, кажется, про скрипку. Деревянный успел снять чехол с плеча и нервно гладил его пальцами по заломам на коже. Похоже, никаких вещей, кроме скрипки, Айенор при себе не имел.
— Мне говорили, в комнате, что я снял, девушка погибла… — по пути на лестницу тихо заговорил он.
— Не в комнате. Не волнуйся.
Спускался Арлен за каким-то оставленным у лестницы мешком. Подхватив его, он догнал уже поднявшегося на пролёт выше Айенора, и дальше они уже пошли вместе. Тихого разговора Эстер расслышать не могла, как не пыталась.
