Эстер на миг отвлеклась, но только на миг. Он конечно же заметил её беспокойство и забеспокоился сам. Но она не могла так просто ему сказать. Будь это только её история, она бы без проблем ему всё объяснила. Как минимум из того, что сама успела понять. Но это не была история Эстер. От начала и до конца это уже была не её история, не её секреты, а значит, распоряжаться ими вот так просто, как своими, она не имела никакого права. Дэйв словно почувствовал это и, напряжённо вздохнув, перестал как пристально на неё смотреть, будто потерял всякий интерес. В конце концов, ему уже сказали один раз, что сейчас ничего рассказать не могут.
— Я могу только сказать, что у нас сейчас есть… так сказать, одна общая большая проблема, — всё равно попыталась как-то ответить девушка. — И мы не хотим втягивать в неё ещё больше людей. Большего сказать не могу. Нет, ты можешь, конечно, попытаться сам потом что-то узнать у Теарона, может быть, тебе он расскажет.
— Почему ты так думаешь? — с какой-то плохо скрытой горечью усмехнулся Дэйв.
— Мне показалось, вы ладите куда лучше, чем он или ты с Ринделлом, например?
— Может быть.
Она не поняла этого замечания. Дэйв пока отвлёкся на Лили, окликнул её, чтобы она не уходила далеко в кустарник: девочка успела углубиться уже весьма прилично, пробираясь за новыми ягодами.
— Если бы Тильд тогда не исчез, он бы может и не ушёл, — вдруг после паузы проговорил Дэйв.
Эстер сначала не поняла, что он имеет в виду, и только потом сообразила, что он решил наконец ответить на её вопрос. А он продолжил, даже не пытаясь скрывать обиду:
— Я знаю не всё, но Лейтон рассказал Терезе, а она мне, что этот их архимаг хренов решил ничего не предпринимать не потому что ритуал был запрещённый, пошёл не по плану или что-то такое, нет: он как раз решил, что у них всё получилось. А что? Фамильяра нет, следов его тоже не видно, никого нового тоже не появляется. Всё, конец, не ученик, а пустышка. А у Деврекса ещё какие-то планы на него были, или что-то в том духе, я не понял, а Лейтон не пояснил. Оттого он и был так зол, что даже не стал пытаться что-то делать. Он даже нам не сказал, что Теарон жив! Но дело в том, что я видел Тильда. Правда, уже когда мы обо всём узнали и дома. Он пришёл, один раз, я случайно его заметил. Уже даже думал, что это и есть тот самый новый фамильяр, но, нет, это был Тильд. Я не знаю, зачем он заявился, но, заметив меня, он снова исчез.
Дэйв сделал паузу, вновь раздражённо вздохнул. Эстер молчала, боясь сбить его с мысли ненужным вопросом.
— Может быть, — уже тише и не так озлобленно продолжил он, — если бы он не пропал сразу после ритуала, Деврекс не стал бы бросать их на волю случая и нормально бы взялся за лечение. И даже если бы выгнал после, нам бы не пришлось оправдываться перед отцом, когда он обнаружил, что мы тайно забрали Теарона у Деврекса. Может быть, они бы даже нормально поговорили, может даже помирились бы…
— Они были в ссоре? — решила всё-таки вклиниться в слишком длинную паузу Эстер.
— Мама сильно заболела после того, как родилась Лилит, — перейдя от обиды к усталой грусти, снова заговорил Дэйв; кажется, он сам не знал, зачем вообще это рассказывает, но Эстер чувствовала, что ему в принципе не мешало бы немного выговориться. — Мы даже боялись, что она умрёт. Отец запретил Теарону появляться в доме. Боялся, что магия как-то навредит совсем маленькой Лили или маме, винил Терезу в том, что мы с ней ходили на тот берег реки, мол, это вообще заразно и портит характер… — он как-то совсем невесело усмехнулся, но продержалась эта нервная злоба недолго. — Но мама сама захотела его видеть, и он нарушил этот запрет. Мы вроде всё продумали: отец как раз был в отъезде за врачом, мы не ждали, что он вернётся так скоро… Скандал был страшный. Вообще мне Теарон уже тогда говорил, что магия, она как оружие, её нельзя ни в коем случае направлять на людей, но тогда пришлось: мне казалось, иначе отец бы его просто убил, если бы его таким образом не остановили, когда он только накинулся. Не знаю, насколько это было нарочно. Но они оба ещё успели наговорить друг другу разного за те несколько секунд, пока мы ещё осознавали, что вообще произошло, прежде чем отец пришёл в себя и Теарон решил, что будет лучше просто уйти. Отец, кстати, не пострадал, хотя ещё долго за себя боялся. Даже Деврексу дверь не открыл, когда тот пришёл узнать, всё ли хорошо.
— А он как узнал?
— Теарон сам ему всё сказал вроде бы. Ну, так Терезе рассказал Лейтон.
Дэйв сделал очередную паузу, подтянул колени к груди, обхватив их руками, и положил на них подбородок. Он не смотрел на Эстер.
