— Тогда что ты бесишься, как в хвост укушенный? — не понимал его логики он. — Если у тебя всё хорошо, отлично, нет проблем, чего ты ко мне привязался? Что я тебе, бес тебя возьми, сделал, кроме того, что вообще родился и появился здесь? Что, настало время тебе замолкнуть и делать вид, что ничего не слышишь? Чего ты от меня хочешь? Нет, ты мне ответь, вот так прямо, в лицо, чего тебе надо-то? Я не знаю даже, что именно тебя во мне не устраивает, ты всегда находишь повод прицепиться! Тебя не устраивает, что у меня пошли лучше дела в обучении и Деврекс обратил на меня больше внимания? Хорошо, я сдал обороты, дал тебе снова выйти на первый план, так нет же, теперь я тебя не устраиваю тем, что внезапно стал слабаком. Ты всё ругаешься, что я занимаю место в комнате. Да пожалуйста, мне вполне хватает угла и кровати, так нет же, ты к Тильду привязался, мол, он тоже тебе мешает! Настроение хорошее — надо испортить. Настроение плохое — надо прицепиться, что же случилось, и сделать его ещё хуже, а потом удивляться, чего это я такой убитый? Да ничего! Бесишь! Что тебе от меня нужно? Что бы я ни делал, как бы ни пытался тебе угодить, ты всё равно находить повод вылить в душу ведро отборного дерьма!
— Подожди, — резко перебил его Лейтон. — В каком смысле «сдал обороты»?
— Да в прямом! Лейтон, ты раздолбай! Ты был здесь первым только потому, что был один! Я не могу понять, ты ревнуешь, завидуешь, развлекаешься или просто пытаешься сжить меня со свету, как конкурента? — С чего вдруг его пробило на откровения, было непонятно, но остановиться он уже не мог. — Ты никогда не будешь единственным, пойми уже! И те, кто будут вокруг тебя, могут ещё не быть достаточно терпеливыми или готовыми на уступки. Я готов уступить тебе везде, я бы, может, и смотался отсюда к чертям собачьим, да хоть в Рагоссу к морю! Мне эта магия нахер не нужна, от неё, кроме проблем, ничего нет! Клянусь, если бы можно было этот чёртов дар вернуть, убрать, передать, не знаю, я б давно уже это сделал и уехал бы куда-нибудь, ничем более не обременённый! Но нет, это невозможно, поэтому до поры тебе придётся терпеть меня здесь! И ты будешь вынужден также пойти на какие-то хотя бы минимальные уступки, потому как у меня тебя терпеть уже никаких сил не осталось!
Закипающая ярость.
Крайнее недоумение.
Тяжёлое разочарование и мокрый липкий страх.
Скрип крыльев мельницы, шорох истлевших страниц и оглушающий хлопок крыльев пустельги над самым плечом.
Разбираться в чувствах оппонента не было желания. В своих бы сначала разобраться.
Одно было ясно: высказать хотя бы половину стоило ещё раньше, может, сейчас бы не пришлось распинаться. По крайней мере, стало немного легче дышать. Но недолго: ветер переменился и воздух наполнился запахом гари, пронеслось несколько клубов серого дыма.
Очнувшийся от каких-то своих раздумий Лейтон тоже поднял взгляд. Горела соломенная крыша сарая, внутри коптило сваленное сено, огонь подбирался к запасу дров. Сквозь гул послышался хлопок калитки далеко за рекой. Что кричал им спешивший с другого берега Деврекс, было непонятно, но архимаг явно был не в настроении.
— И кто из нас накосячил на этот раз? — потухшим голосом спросил Лейтон, переводя взгляд на него.
— Знаешь, сейчас тебя должно волновать далеко не это.
— И что делать будем?
— Тушить, наверно… — неуверенно пожал плечами он.
— Бесполезно. Нас не хватит.
— Есть такое дело…
— Тогда бежать надо.
— За подмогой?
— Не, просто бежать.
— Не успеем. Да и всё равно вернёмся и ещё больше огребём.
— Твоя правда…
А тем временем уже рухнула прогоревшая полка сеновала. Серо-лиловый пепел рванулся вихрем по ветру, захватив искрящийся золотой песок лёгких искр.
***
Лечь так, чтобы не ныли помятые спина и бока, всё никак не удавалось. Лейтон снова с завистью покосился на мирно и быстро задремавшего на своём месте соседа. Вроде влетело не меньше, а его это словно и не волновало: как вырубался всегда в один миг, так и тут, казалось, уснул ещё раньше, чем коснулся щекой подушки. Но не это заставляло больную голову отказываться от сна. Впрочем, боль тоже можно было перетерпеть. Другое не давало покоя, принуждая размышлять дальше, нервничать и ворочаться на месте в поисках более или менее удобного положения.
— Хэй! Ты спишь? — громким шёпотом позвал в темноту маг.
Ответа не последовало. «Действительно отрубился уже что ли?» — нервно подумал Лейтон, размышляя, как его при случае разбудить.
— Да ответь же! Рыжий, блин, очнись, ты мне нужен!
— Да что тебе ещё? — наконец нехотя отозвался тот.
Лейтон вдруг почувствовал, как что-то словно сжимает горло, не давая задать мучивший его вопрос. Гордость что ли? Но узнать хотелось.
— Слушай… ты это… сегодня, когда про передачу дара ляпнул… ты это всерьёз или… или просто сгоряча вырвалось?
— Лейтон, я очень хочу спать, — устало ответил он, скрываясь под одеялом. — Оставь мне хотя бы это удовольствие. Сегодня и так был не самый лучший день…
— Если ты не ответишь, я буду кидаться в тебя всем, до чего только дотянусь, всю ночь!
