- Так и говорил! Как есть немой. Был…
- А ну-ка пошли поглядим?
Плехов скосил глаза. К нему подошли двое – один был одет в серо-коричневую добротную на вид одежду, даже с беретом на голове, с аккуратно подстриженной черной бородой. Второй – куда проще, вид был обычный для деревенского жителя.
— Это что же… малец этот, он не из ваших будет? Белобрысый какой-то. Из алеманов, что ли?
- А я – знаю? Говорю же – прибился откуда-то. Говорят, что, когда семь лет назад этих… Ну – ты понял? Скинули, вот тогда и пришел сюда. Да меня-то тогда еще здесь не было. Я же только три года здесь живу, из Бравы переехал! – «а вот и владелец более музыкального голоса!».
- Х-м-м… так он может из этих… нордлингов? Ублюдок северян? – тот, что в берете поморщился недовольно, - И какого хрена у вас тут их всех не перебили?
- Да как перебить-то? Без малого пять десятков лет нордлинги тут власть держали, сам же знаешь. Их выблядков тут много по деревням бегает. Светловолосые, да высокие. Своими они для местных уже стали.
— Вот я и говорю – все у вас тут не как у людей! Живете на задворках, на краю Степи, и сами такие же дикие, что те орки! Мы у себя там хорошенько все почистили!
Плехов рассердился – стоят тут обсуждают его, склоняют на все лады, а попить – хрен у них дождешься!
- Вассер! Акуа! – прохрипел пересохшим ртом.
Местный подошел, и, обтерев край кожаной фляжки рукавом, наклонил к его губам.
«Тупиздень! Я же воды просил, а этот «обмылок» мне наливку в рот льет! Как там говорил один человек? «Дебилы, блядь!».
Приезжий был более сообразителен, но и более паскуден:
- Тьфу ты! Ты ему наливку льешь?! Еще не хватало эту погань наливкой поить!
- И правда! Девок надо позвать, вот что! Пусть сами за ним смотрят.
Снова накатила головная боль и Плехов закрыл глаза. А когда открыл, действующие лица уже поменялись. Сейчас над ним склонились двое – мужчина и молодая женщина. Мужик был куда представительнее, чем предыдущие двое. Одет он был в бархатную зеленую куртку ниже пояса, и черный берет. Коротко стриженая бородка, смуглый и горбоносый, как араб или испанец, карие глаза глядели внимательно.
Женщина, а скорее девушка, была приятного обличия. В ней явно угадывались южные черты. Белая блузка с длинным отложным воротником, туго затянутый шнуровкой черный корсет, и кокетливый чепчик на голове.
- Гейтс! Ты говоришь, что он разговаривал? – не отрывая взгляда от Плехова, спросил мужчина.
Откуда-то из-за спины «испанца», тот возчик с певучим говором ответил:
- Так и есть, милостивый господин маг! Воды попросил! Своими ушами слышал!
«Испанец» хмыкнул, довольно беспардонно поворочал голову Плехова со стороны на сторону, вызывая дикие приступы боли у последнего.
- Х-м-м… крови, кроме старой, запекшейся на затылке, нет. Уши и нос… х-м-м… чистые. Получается, перелома шеи нет. Везучий мальчишка!
- Ну что же вы, милсдарь Филип, так бесцеремонно его вертите? Воды ему можно дать? – прощебетала девушка.
- Дай, хуже не будет! – кивнул маг.
Наконец-то Плехова напоили!
«Какой кайф!».
Обратил на себя внимание и тот факт, что девушка (весьма симпатичная, кстати!), после этого, аккуратно и даже нежно обтерла ему лицо влажной тряпицей, глядя с явным сочувствием и испугом.
Но маг отодвинул ее в сторону и снова наклонился над Плеховым:
- Кнут! Ты меня слышишь? Если слышишь – моргни глазами.
Плехов прокашлялся и прошептал:
- Слышу! Хорошо слышу!
Реакцией на его слова стала задумчивая физиономия мага и ошарашенная у девицы.
- Интере-е-е-сно! – протянул милсдарь, как его назвала девушка, Филип, потер бородку и снова спросил:
- Как ты себя чувствуешь?
- Голова очень сильно болит…
- А шея?
- И шея тоже… болит.
- Занятно, занятно…, - снова пробормотал маг, - А ну-ка… пошевели ногами и руками. По очереди.
Плехов проделал указанные манипуляции – осторожно, чтобы волны боли не захлестывали с головой. В процессе всего этого неподалеку появились новые действующие лица: еще одна девушка, очень похожая на первую, и седой старик с орлиным носом и прищуренными светло-серыми глазами.
Старик довольно властно спросил у мага:
- Ну что, Филип – как он?
- Ну что сказать, Седрик… Парню повезло! Похоже, я ошибся, когда сказал, что у него сломана шея и вдребезги разбит мозг. Хотя… не понятно – как я мог так ошибиться? Или тут боги вмешались и помогли малому выкарабкаться?
- И что дальше? – снова спросил старик.
- Что дальше… Если не случится ничего неожиданного, парень встанет на ноги. Сейчас я немного почищу его, и подлечу…
Плехов почувствовал, как одновременно с пассами мага, по телу пробежались неведомые волны покалывающего тепла.
— Вот так… Пока хватит. Надо бы куда-нибудь перенести его отсюда, раз он передумал помирать.
«Шутник, блин!».
Старик задумался.
- Седрик! Может быть к нам, в мансарду? Мы с девочками присмотрим за мальчишкой! – обратилась к тому одна из девиц.
- Да как его сейчас туда затаскивать? Там лестница-то… и здоровому не так просто к вам забраться! Это вы, как козы скачете. Может его лучше в людской положить? – раздумывал старик.
