Больше ничего не будет так, как прежде. И о стадионе можно сказать аналогичное. Диаметральные колонны, расположенные по внешнему периметру, разрушены на семьдесят процентов. Это будто какой-то глупый архитектурный просчет, из-за которого за каких-то тридцать лет здание без эксплуатации и должного ухода растаяло на глазах. Почему коррозия так не щадит несущие элементы? Почему колонны не перестают плеваться бетонными облицовочными нашлепками, давно способствующими обнажению железной арматуры?
Металл теряет свою прочность слишком быстро и губительно, особенно в таком сыром, прогнившем месте. Наверное, этот туман из бактериальной слизи никогда здесь не исчезает и густо обволакивает городские силуэты заброшенных районов.
А судьба стадиона после осмотра теперь требует кардинальных решений. Обширных очищений от трупного мусора. Великих свершений нового государства путем сплочения несчастных остатков некогда бесстрашного народа.
Как по мне, так все эти районы безнадежны. Как и любимый стадион, куда в детстве каждую весну мы ходили смотреть трудовые демонстрации. Играла громкая торжественная музыка. По дорожкам в унисон двигались почетные работники и приглашенные спортсмены. Но я всегда ждала завершающего номера, когда на поле выкатывались циркачи-акробаты. Какой же это был восторг и детское, самое наивнейшее по всем детским степеням ликование.
«Ура!!!» – кричала я и без остановки махала флажком, что покупал мне папа перед шествием.
«Ура!!!» – кричала я работникам дорожного треста.
«Ура!!!» – кричала я железнодорожникам и Клубу юного альпиниста.
«Ура!!» – захлебывалась я от восторга, приветствуя спортивных чемпионов и акробатов.
Стойки, прыжки, тройные перевороты, техника взаимовыручки и синхронности – тогда меня, маленькую веснушчатую девочку, окружали вызывающие восторг профессиональные спортсмены, да еще и с крепким налетом цирковой надменности.
…Но это все в прошлом. А сейчас Кристина набирает последние пробирки со стадионным материалом. Вдруг у нас получится определить еще и природу металлических разрушений от главной заразы последних десятилетий…
А мое тело лишь начинает зябнуть от мыслей о возможном невозвращении и от садящегося за стадион солнца. Считаем, что экспедиционного материала нам ох как предостаточно!
Теперь дело за малым, и если поторопиться, можно добраться до выхода в Город еще до заката.
У вас когда-либо возникало чувство, что вы живете в игрушечном мире? Мире, которым управляет сказочник, такой весь необычный, в вельветовом костюме и огромной шляпе. Он придумывает новых людей, события и окружение. Тщательно вырезает из бумаги крохотные домики, заранее стараясь обрамить их в оригинальные узоры и симметрии.
Домики бывают разные: одни белые, другие – цветные. Никогда не знаешь, что придет на ум чудаку с ножницами. Потом благодаря ему же начинают появляться деревья. Иногда дикие кустарники вдоль кривой речушки. Сами понимаете, что у сказочника и в помине нет линейки, только его прыткие пальчики и карандаши. Поэтому прямых линий в его измерении не найти. А дальше он создает манекены в форме животных и людей. И придумывает им же занятия!
Например, один большой манекен ведет выгуливать своего четвероногого пластикового друга. А потом собирает пластиковые экскременты в самодельный бумажный пакет, в котором совершенно нет прямых углов. Ведь по замыслу у пластиковых людей тоже нет линейки. Зато у них есть бумажные голуби. Их можно, например, приклеить на башню Главной ратуши. Или на ниточках заставить парить над стадионом. А можно их же скучковать в особую птичью делегацию у фонтана. Наверное, пластиковые дети смогут их покормить песком, отчего птицы, несомненно, придут в восторг!
Потом сказочник ни с того ни с сего снимет шляпу и резко прикроет ею добрую половину сделанного им богатства. Потом передумает и, освободив всех от шляпных оков, организует великий праздник. С манекенами, деревьями и домиками. На игральной карте появится яркий бумажный шатер, нарисованный возле новой речушки.
И этот пир будет настолько шумным и веселым, что будут содрогаться городские стены и падать деревья в парке. Но праздничного апофеоза так и не случится, потому что создатель-шутник всех перемешает и засунет в мешок.
И тогда совершенно не будет понятно, зачем таким сумасбродным изначально давать власть, если они даже не знают, где должен быть выход.
Ах да, про выход. Мы его так и не нашли, но об этом не сегодня…
Он состоит из огромного спектра провокационно ругательных слов. И сегодня мы вспоминали их все.
Ведь скоро солнце опять сядет за главной городской башней, а мы все еще здесь, за стеной. Безумство и безудержное желание найти выход подстегивает двигаться быстрее, а думать хладнокровнее.
