Как всегда, вспомнив о семье, девушке стало грустно. Как-то они отреагировали на ее исчезновение? Наверное, уже обзвонили все больницы и морги, перепугали друзей, однокурсников и преподавателей в институте, а портреты с просьбой позвонить, если кто-то хоть что-то может знать о ее местонахождении, украшают все столбы, остановки и подъезды города. А, может, подали заявление о ее пропаже, и, спокойно вздохнув, стали жить дальше. Но что толку гадать, растравляя душу. Лина помотала головой, и отправилась обратно в замок. Перед тренировкой стоило немного перекусить. Что-нибудь легкое, чтобы не мешало заниматься. Сартон бы не одобрил ее голодных обмороков. При мысли о маге девушка вновь расплылась в улыбке.
Во второй половине дня Ириалана почувствовала себя лучше. Осознание собственной безопасности вместе с комфортными условиями сделали свое дело. Больше не нужно было поминутно оглядываться, следить за своими спутниками, думать о том, что ешь и пьешь. Королева горько усмехнулась. Кто бы мог подумать, что самым безопасным местом в империи для нее окажется замок мага, объявленного предателем. Знал бы ее покойный свекор, чем закончится преследование молодого Сартона, еще не известно, как повернулась бы история. Увы, тяжелее всего исправлять именно такие ошибки прошлого. Оставалось радоваться, что в ходе давнего противостояния никто не расстался с жизнью, либо бежав из страны, либо попав в опалу.
Звон клинков привлек внимание женщины. Помня о словах девушки, Ириалана лишь слегка коснулась пальчиками тонких занавесей, пропускавших свет, но не позволявших рассмотреть, кто поселился в комнатах. Сквозь воздушную ткань она видела, как странная девушка из другого мира, Лина, сошлась в поединке с одним из стражников замка. Парень действовал осторожно, в последний момент останавливая удар, но было ясно, что сражаются они боевым оружием. Выпад, финт, удар. Клинок выскочил из руки девушки, и, сверкнув в воздухе, упал в нескольких шагах от нее.
Ириалана отошла от окна. Увиденное заинтересовало бы разве что Теланору, от нее же тонкости военного дело были далеки. Женщина собралась позвать одну из служанок, чтобы переодеться, но черная тень, мелькнувшая за окном, заставила ее вздрогнуть. Медленно, словно боясь, что ее враги возникнут прямо в комнате, королева вернулась к окну, но остановилась чуть дальше, чем в прошлый раз. Новая тень пролетела над двором, приземляясь на крыше казармы, и Ириалана поняла, что не дышала. Мнимый враг оказался соколом, терзавшим какую-то мелкую птичку. Поскольку дежурившие на стене лучники равнодушно отнеслись к птице, женщина заключила, что от нее не будет вреда. И все же не мешало подробнее расспросить о них у той же Лины.
Успокоившись, королева подошла к постели и потянула витой шнурок. Через пару минут дверь в комнату открылась и на пороге, склонившись в поклоне, возникла одна из замковых девушек.
Приказав приготовить одно из привезенных платьев, королева вернулась в кресло. Почти сразу в комнату вошла одна из ее фрейлин, согласившихся отправится со своей госпожой в вынужденное заточение. С помощью девушек Ириалана оделась, потом фрейлина помогла ей с прической. Посмотрев в зеркало, женщина печально улыбнулась. В отражении она видела простую горожанку, которой лишь немного больше повезло с мужем, нежели ее соседкам. Впрочем, королева она сейчас лишь потому, что ее муж все еще сохраняет трон. Захоти Казар, и голова короля первой покатится по дворцовым ступеням, а Тамиркар сама потащит архимага в храм, после чего отречется от власти в пользу супруга.
Жестом отослав девушек из комнаты, Ириалана вновь опустилась в кресло и рассмеялась. Невеселым был этот смех. Все, что оставалось женщине – молиться пяти богам, дабы они послали ей сына. В противном случае все их надежды рассыплются как карточный домик на ветру.
Ириалана настолько погрузилась в свои мысли, что не сразу услышала стук в дверь. Переведя взгляд за окно, она заметила, что солнце постепенно клонится к закату. Окликнув стучавшего, она вновь бросила взгляд на свое отражение, но зеркало по-прежнему показывало скромно, но идеально одетую женщину. Платье не скрывало живот, но и не подчеркивало его, цвет освежал, а по части скромности наряд мог поспорить с одеяниями воспитательниц в пансионах.
Дверь приоткрылась, и в комнату вошла Лина. В этот раз девушка была в светло-зеленой блузке с яркой вышивкой по вороту и манжетам и черной юбке, из-под которой виднелись кожаные туфельки на аккуратном каблучке. На шее висела тонкая цепочка с подвеской-крестом. Девушка присела в реверансе.
– Встань, милая, – ласково попросила королева. – Ты не обязана кланяться мне. Напротив, все мы обязаны тебе.
