Я сразу забыла о том, что хотела отчитать Шарика и что весьма неэстетично сижу на полу.
А он, кстати, хорошенький. В простой кожаной одежде с тиснением, повторяющим перья птиц. Дополняли образ высокие сапоги и широкий с золотистыми бляшками пояс. Смуглый, черноволосый, темные глаза несколько озадаченно смотрят то на меня, то на сонного Шарика.
– Да, – кивнула я, – мы проснулись. А что?
– Уже утро, – чуть смущенно пояснил незнакомец.
Однако через пару секунд до меня дошло, что голос знаком, следовательно… передо мной стоял не кто иной, как снявший маску и доспехи Чаран.
Ну надо же. А очень даже ничего мальчик, хотя вчера такой серьезный был – жуть.
– Да, это аргумент, – согласилась я, понимая, что проспали мы немало, и поднялась с пола. – Шарик, хватит прикидываться спящим, к нам пришли.
– Угу, – раздалось из-под одеяла, под которое шаркань забрался, пока я говорила с Чараном. – Я еще чуть-чуть – и весь ваш.
– Не сомневаюсь, – проворчала я, прекрасно зная, что «чуть-чуть» у Шарика – это два часа минимум.
Чаран тихо рассмеялся:
– Можем его здесь оставить, пока сами слетаем к храму Небесной Искры.
– Куда? – изумилась я, внимательно глядя на фалрьяна.
Почему-то мне показалось, что на долю секунды он смутился.
– Отец сказал, что тебе стоит это увидеть.
– Отец?
Чем дальше в лес, тем толще партизаны.
– Рамаол – мой отец. – В голосе Чарана появились нотки гордости, и я поняла, что спорить не стоит.
Не успела попасть в другой мир, а уже началась «Санта-Барбара».
Только вот одно странно. Отец и сын совсем не похожи. Или, может, у фалрьянов это в порядке вещей? Или Чаран – приемный ребенок? Так, ладно, что-то меня занесло.
– Хорошо, не вопрос, – кивнула я. – Только дай немного времени, чтобы привести себя в порядок.
– Я с вами! – тут же подал голос Шарик, соскользнув с кровати и метнувшись к моим ногам.
Надо же, не хочет оставаться в четырех стенах, когда намечается что-то интересное. А еще, между нами девочками, – шаркани, несмотря на все свои способности – ребята трусливые. Особенно домашние шаркани. Поэтому нет ничего удивительного, что змей тут же изъявил желание совершить путешествие вместе со мной.
Однако одна деталь мне все же не давала покоя.
– Чаран…
– Да? – Он отвел взгляд от Шарика и внимательно посмотрел мне в глаза.
Впору бы стушеваться, но как-то не до этого.
– А зачем нам в храм?
В ответ – молчание. Возможно, Чаран и хотел бы что-то пояснить, но на его лице сначала отразилось замешательство, а потом черные брови чуть нахмурились.
– Ты вправе спрашивать, Шестопалая, – вздохнул он.
Почему-то мне показалось, что это обращение он подхватил именно от Рамаола.
– Так же, как и мы, вправе не только доверять ауре, но и пожелать услышать слова, – продолжил он. – Как бы там ни было, пока ты для нас по-прежнему загадка. В храме прародительницы все станет на свои места. Ты – дхайя.
Очаровательно. Меня хотят просветить фалрьянским рентгеном. Милый обычай, ничего не скажешь. Возможно, все не так страшно, но что-то мне не очень нравится имя прародительницы – Небесная Искра. Надеюсь, ритуал проверки правдивости слов чужестранцев не включает в себя костер и инквизитора рядом.
– Ну что ж. – Я чуть пожала плечами. – В чужой монастырь со своим уставом не ходят. Веди, раз такие правила.
Чаран, казалось, выдохнул с облегчением. Я бы не удивилась, если бы у него был приказ доставить меня силой, если вдруг откажусь принимать участие в запланированной экскурсии к храму верховной богини. Да и вообще, что-то я слишком хорошо стала думать об этих крылатых ребятах.
– Хорошо. – Чаран подошел к стене и коснулся ее пальцами. Тут же открылась дверца, о существовании которой я даже не подозревала. – Вот здесь находится вода и все, что может потребоваться. Я буду ждать тебя возле входа.
Небесная Искра. Я, наивная женщина, подумала, что Искра предстанет предо мной в облике прекрасной богини. Ан нет. На самом деле все оказалось не так. Когда Чаран поднял нас на своей птице еще выше – в сферы, где фалрьяны бывали, чтобы вознести молитву и прикоснуться к знаниям древних, то поняла, что все без исключения здесь будет для меня сюрпризом.
Храм праматери фалрьянов выстроили из удивительного материала, по виду напоминавшего двухцветное стекло: молочно-белый и темно-синий цвета переплетались друг с другом, создавая причудливые узоры внутри стен и крыш. В храме все было построено так, что создавалась иллюзия, будто ты стоишь на облаке, под золотистыми лучами солнца. А вокруг мечутся и сверкают сапфировые молнии, ослепляя своим блеском и завораживая причудливым искрящимся танцем. Действительно небесная искра. Только не одна, а много. Трудно понять, то ли это мастерство фалрьянов, которые отобразили так свою богиню, то ли эти синие всполохи – какая-то неизвестная нашей науке материя.
