Однако здесь огневики – живые существа. Дети от смешанных браков фалрьянов и ирийцев. Пламенные девы и парни в юном возрасте поступали на службу матери Небесной Искре и являлись чем-то вроде элитного подразделения аторов крепостей. Вестники и воители несли службу днем и ночью, принося известия прямо из дворцовых палат. Они оставляли свое прежнее имя и принимали новое: Огнян, Огнеш, Огнай, Огнир и тому подобное. После посвящения у них появлялась способность в долю секунды превращать руки в огненные крылья. Со стороны смотреть на них было очень интересно и, чего скрывать, приятно. Но при этом я не особо уверена, что можно взять и вот так запросто подойти к одному из этих красавцев.
Чаран пояснил, что Огнян – предводитель отряда и, несмотря на порой хулиганское поведение, уважаемый и почетный гость в доме Рамаола. И не только. Впрочем, после того как мы последовали за Огняном, все ребячество куда-то испарилось. Теперь нас вел серьезный, блистающий в солнечных лучах парень из огня и живой плоти, выполнявший свой долг и не отвлекавшийся на такие мелочи, как веселье.
Сначала я подумала, что Чаран меня доставит в крепость, а сам отправится с огневиком. Однако он даже не подумал свернуть в сторону (крепости, а не огневика).
– Не стоит ничему удивляться, Вика, – спокойно пояснил Чаран, когда я все же задала уточняющий вопрос. – Если бы Арамал желал видеть только меня, то Огнян не стал бы говорить «вас».
– Хм… Да, но… Я же всего лишь чужеземка, с чего это мне такая честь предстать пред очами царя?
Чаран тихо рассмеялся:
– Ты не простая дхайя. Правда, я не могу утверждать, что мое предположение верно, но, думаю, я прав.
– Ты сейчас вообще о чем говоришь? – чуть раздраженно спросила я, понимая, что абсолютно потеряла нить разговора. – И какое предположение?
– Узнаешь, – невозмутимо ответил тот. – А предположение… это всего лишь слова ветра. Но именно ими и говорит наш царь.
М-да. Разъяснил ситуацию, ничего не скажешь. И после этого мама смеет утверждать, что я непонятно изъясняюсь! Полетала бы она вместе с фалрьянами! Я бы посмотрела на ее реакцию.
– А что насчет него? – Я поправила немного сползший с плеча хвост Шарика, подразумевая, что несчастного шарканя придется взять с собой.
– Он тоже, – кивнул Чаран. – А теперь держись – идем на посадку.
Уже в который раз за время пребывания в Фалрьян’Оле мои мечты и догадки накрываются медным тазом! Вообразив, что нас сейчас привезут во дворец, я несколько упустила тот факт, что конкретных указаний не было. Мы действительно приземлились на широкой, выложенной яркой мозаикой площадке перед огромным кристально белым зданием, наполовину скрытым облаками. Однако на этом экскурсия по царским территориям закончилась, потому что почти в тот же миг распахнулись изящные золотые высокие двери. Оттуда нам навстречу вышла небольшая делегация крылатых людей в белых одеждах. Все как один были невероятно рослые и крепкие, со снежно-белой кожей и убранными назад золотыми волосами, скрепленными маленькими цепочками. В руках они держали зеркальные круглые щиты и короткие мечи.
«Ага, свита Арамала», – определила я.
Чаран опустился на одно колено и склонил голову. Я стояла в замешательстве. С одной стороны – никак не подчиненная воздушного правителя, с другой – стоять столбом крайне невежливо. Поэтому, недолго раздумывая, я повторила все за фалрьяном. Шарик недовольно пискнул и, не удержавшись, резко плюхнулся вниз.
– Тихо! – шикнула я и, подняв глаза, замерла на месте.
Что ж… Это создание действительно имело право называться царем и носить серебряный обруч царя Фалрьян’Олы. Я не заметила, откуда он появился, однако это и не важно.
Арамал стоял передо мной. Его рост превышал два метра. Учитывая, что мы почтительно склонились, это лишь усиливало эффект, превращая его в башню света, окутанную мягким серебристым сиянием. Я не знаю, откуда оно исходило, но царь фалрьянов был полностью окутан слабо мерцающей дымкой. Возникло ощущение, что его ауру мог рассмотреть даже такой человек, как я.
Кожа была такой же белоснежной, как и у окружавших его воинов, серебряные волосы убраны за спину и по цвету не отличались от широкого рельефного металлического обруча, инкрустированного хрусталем и молочно-белыми камнями.
Глаза… Они как прозрачный лед – холодные и мудрые. Глядя в них, понимаешь, насколько ты мала и невежественна по сравнению с царем крылатых людей. Однако… вслух эту мысль никто не высказал. В глазах правителя фалрьянов я не увидела ни презрения к более слабому, ни снисходительного покровительства, ни чего-то такого, что могло бы оттолкнуть. Только безграничная мудрость, понимание и спокойствие.
Несколько секунд он смотрел на меня, словно оценивая увиденное, а потом, протянув руку, произнес:
– Рамаол был прав, сообщив, что мне нужно с тобой встретиться. Твои способности нам пригодятся.
Сообразив, что мне предлагают встать, я оперлась о руку царя, отметив, что она удивительно крепка, и поднялась на ноги.
– Вы имеете в виду созидание?
– Да, – кивнул Арамал.
