Собачьи ночи полностью

Она была, после многих недель, 1ой женщиной, чью близость я ощутил. Я запрещал себе способ бытия, характерный для женатого-мужчины-в-командировке; в бараках, в конце рабочей недели, коллеги=зубоскалы изголялись надо мной: –Нуу-Старик: ?!Забыл, шо для нас, работяг, нет инова способа подлечица, кроме как напица & с бабой забыца. Ыль ты !фравду вабразил, шо бальшое цебе. Табландыночка небось истомылася, кажну-ночь 1 в постэлке, с раной меж ног – ?а ты – – Може, пожалеш ее, ?!а, Синебород. Може, попробуш прыменить к ей свой шарм. У !таово всеныпрыменно получыца –. А ежли Энту ты больше не хотиш: ессь !прыма-домохозяшки здеся в энтой дыре. Я таку однажжы поымел, хушь и не хотела меня пущать –: мы с ей уже лежали напалу, оба в чем мать родила, веззе подушечки-шелковы, сафеточки с кружевами – прям кукольныдомик. Бабеночка уже делала мне авансы – я ызготовился – ивдрух !натебе: Како-комар-ея-укусил: !заартачилась. Каленки сжала, ва!аще больше !ничаво не хотит. Тады я решил задессовать ея-бабью-душу: Па!слухай Куколка, гварюей, я уже трынедели не ымел жэншины : !Тыж сама хотела: щас не сдержусь – захлобыстаю весь твой фасонистый тюль – СверхуДонизу, ежлитыминяне –:и – Хлобыссь: не успел я договорить: а она уж меня Па-быстрому пустила. Кады нишо не помогат, пожалейся на воздержанне – энтот трюк !завсегда себя оправдат. Ыли ты, Синебород, боисся Той Заразы….. Тадыда. Так оно, понятно, !здоровше: Хто не може девку окоротить, должон своей рукой машинку крутить. – (:!Это он в отместку за мою тогдашнюю лекцию об их разговорах в рабочие перерывы –) –Ыли: Може, суть в том, шо у тебя ДругаОрынтация – (:я запустил в него бутылкой из-под пива, !такой аргумент Все=ОНИ прекрасно поняли И сразу отвалили). Если прежде у меня еще были сомнения, оставаться ли в бараке, или пойти вместе со всеми в деревню, то хвастливая болтовня этого красавчика – череп у парня был словно создан для гусарского кивера: тип, который с младых ногтей больше всего похож на копёр для забивки свай – благодаря этому парню, короче, все сомнения у меня отпали; его болтовня еще более усугубила мое мрачное настроение. Мне вспомнились собственные впечатления из времени, когда я был в том же возрасте, в каком этот недоносок сегодня. В особенности воспоминание об 1 молодой женщине (чье имя я давно позабыл) упорно и вопреки моей воле пробивалось наверх: прямые плечи и энергичная походка с очень мягким покачиванием бедер; я видел, всякий раз, как она наклонялась, завязь ее грудей, ту складочку, от которой крепкие груди уходили вниз, в телесно-теплую полутьму под тонкой тканью – она часто и охотно позволяла мне заглянуть в вырез ее платья – позволяла нашим рукам соприкоснуться, так что волоски на них вставали дыбом и кожа начинала странным образом пылать и зудеть – :Эта женщина тогда оцепенело лежала на кровати, голые конечности будто вывихнуты, будто всю ее скомкали & отбросили прочь, неподвижное лицо отвернуто, руки, раскинутые по сторонам, согнуты в локтях, а ладони и пальцы, будто усохнув, сжались в кулаки – :Как если бы ее внезапно вырвали из свойственных ей мягких и решительных движений, в1часье, посредством колдовского заклятья, заставили оцепенеть, или: как если бы в этом месте она, со всеми своими приемами обольщения, оказалась совершенно неуместной и не знала, что ей делать дальше, ведь все ее приемы предназначались совсем не для Этого, а для куда более сложного – заигрывающегося – обольщения, для обольщения, соблазняющего на все новые соблазны, заманивающего во все более запутанные лабиринты заманчивых обещаний – –, а я теперь, так сказать, стал причиной короткого замыкания, распахнул дверь включил свет; из-за чего она, негодуя на меня, нарушителя игры, который эти красивые позднедетские игры внезапно – совершенно чуждой им глупой затеей – прервал нарушил & уничтожил….., и не могла сделать ничего иного, кроме как просто поддаться….. Как у гинеколога: ноги подняты&раздвинуты; оставалось лишь оттрахать ее, сильно, грубо, неуклюже, & через пару минут все было кончено. : Я тогда, еще будучи новичком=здесь, в Иностранном легионе, рассказал 1-из-старожилов эту историю, потому что после провала моих попыток общения с молодыми я пытался говорить с теми, кто постарше. В результате, поскольку я сам на!просился, мне пришлось выслушать поучения-этого-«старика»: –Чааа (& он уселся удобнее, еще более широкозадо, на манер пописывающего романы учителя гимназии, привыкшего благостно важнЯчествовать) –Шо !я вам, стрекозлам, всыхда гвоурыл: !Брыгитесь баб сы без бабской жопы. Паутому как в жопе: в !ей, вишь ты, сидыт дууша & хлавное: !аутжывчивоссь бабы. !Абошохочешь бьюсь). Только Ундины ымут задницы & линии бедер как у мужыков: Оне предтемкакродыцца па-ашипке попали в !мужеско отдыленне. Патомых бысренко оттуда поперли. !Но: Шооне !там успели углядэть: таво ым ва-асюжись не забыть – (& выставил перед своим животом кривые известково-белые пальцы –) –Апатому таки-бабы на-асюжись остаюца сварливыми, придырчивыми, нитшем !никада не довольными, ибо: оне сами незнат, хто-таки онеессь: Вых и бабского недостат, и до мужиков оне недотягиват : Подлинно Сан Типпы: Отых одне непрыятности. Держысь отых подальше. Я всыхда гвоурыл вашему-брату-стрекозлам: !Брыгитесь баб сы без бабской жопы – (:здесь речевая петля замкнулась, & речь без всякой запинки плавно потекла по 2му кругу –)