Я никогда не спрашивал, сколько ей лет: Сколько!еще времени осталось для нее – в этой Незавершенности, которая, вопреки или: именно из-за ее профессии проститутки, из-за непроницаемости ее души придает ей нечто такое, что кажется, будто она живет в соответствии с обетом безбрачия; И меня всегда поражало отсутствие у нее каких бы то ни было интересов, что указывает на некую=определенную ущербность (единственное исключение, вероятно, – ее интерес ко всему, чего она боится: такой же ненасытный, каким у других женщин может быть интерес к моде.....); вот какова эта женщина, с ее всегдашней отрешенностью: она здесь, просто чтобы продержаться еще сколько-то. Она, что никогда не удавалось мне, давно уже отвела руки ото всего на свете – обреченная на претерпевание (то есть день-за-днем в жалком своем Снаружи ищущая только «нормального») – это лишь кажущееся неправдоподобным подлинное существование проститутки, постоянно впечатывающее в себя каленым железом идею, что нужно держаться до последнего (как ее мать в давно ушедшие годы с переводных картинок – с помощью раскаленного утюга – переносила изображения цветов зверушек ребятишек на рукава карманы или воротнички только что выстиранного, пахнущего химической весной детского белья), & именно таким образом вбирающее в себя знаки детскости, – тогда как присутствие собственного=нежеланного ребенка есть только 1, и не самая важная, часть в составе ее рассудочно-выхоложенного бытия; И теперь, много лет спустя, эта женщина, когда вновь сталкивается с настоящей весной, отказывает себе даже в самом последнем утешении, доступном для тех, кто лишился родины: в утешении, даруемом прядями солнечных лучей, растрепанных ветром, – щедро рассыпанными и белеющими повсюду ландышевыми жемчужинками – позже цветением сирени – и буйством бузины – и теми строчками, которые травой или мхом вписываются в швы старой кирпичной кладки, когда наконец, после зимнего запустения, вспыхивает на кирпичах полоненный ими огонь – :Ничего этого для нее не существует, нет никакого утешения для женщины с такими глазами..... до краев налитыми тьмой..... Когда она в первые теплые дни года шла сквозь зеленый шелест ветвей&кустов, ранним-голубым утром, – :Никаким утешением для нее это повторяющееся из года в год возрождение Природы быть не могло, ведь она знала: ее клиенты, все эти торопыги, будут снова&снова приходить, а уж в такое время года – с особой, отупляющей регулярностью, чуть ли не каждый час : их половые железы – именно теперь – будут соблазнять их на особенно тошнотворный садизм & безудержную распущенность; в Той Комнате=рядом – ½часовые сеансы самодовольного хрюканья; все то же самое: Это !работа. Понимаешь: !Моя работа, – И вспоминать о Природе она будет только в связи с таким природным явлением, как месячные. Мыльная пена, серо-голубой ополаскивающий свет, & перебранки с ребенком, всегда одни и те же жесткие слова, всегда – напрасные. Ничего в утешение, просто: еще 1 день миновал..... Ничего впереди, & ничего не остается делать – кроме Того, во что она 1нажды ввязалась & Что потом настолько завладело ею, что любую мысль вроде «Все еще может измениться=Все может повернуться по-другому» она давно с гневом и возмущением отбрасывает прочь, как сюсюканье=бессмысленное-утешение для плаксивого младенца. Правда, видимо, иногда даже ей не удавалось отогнать мысли о возможности глобальной перемены, и тогда она (если оставалось немного времени между клиентом и другим клиентом: этот жалкий промежуток, Никому-не-нужность, простой, пористый, случайно отломившийся кончик временения; а еще иногда в конце дня, когда тоже, бывает, пробиваются ростки подобных мыслей.....) – тогда она внятно, но, похоже, лишь для себя самой, бормотала: – я повешусь. Как он –:Произносилось это бесцветным тоном, в котором не было и следа паники, и звучало как логичный итоговый результат, подытоживающий серию результатов промежуточных, – закономерный настолько, что уже давно результат этот казался не просто вероятным, но столь же неизбежным, как, скажем, кровотечения, связанные с периодически повторяющимся естественным феноменом, или как то, что вечер и ночь погружают сколько-то часов одного=каждого дня во тьму; а потому ей, женщине, нужно было только дождаться, когда этот=самый результат воплотится в реальность. С другой стороны, это означало, что отныне ей ждать Нечего; что оцепенение и пустота распространились вокруг-нее, & теперь, когда такого рода исход !дейст–вительно !неминуем, у нее открылось что-то вроде второго дыхания, как если бы она испытала облегчение оттого, что предсказала именно !этот, а не другой результат, то есть что не ошиблась в своих расчетах: потому что Все теперь очевидно свелось к Тому, чем оно и было всегда, что избавляло ее по крайней мере от Одного – необходимости еще 1 раз, с самого начала, просчитать этот=весь баланс своего бытия, повторить этот=весь путь через потерянные=неиспользованные годы : –!Вечное?возвращение: Такое могло прийти в голову только садисту или кому-нибудь, кто, как некоторые мои клиенты, всегда желает получить больше того, за что заплатил. !Неепокорноблагодарю: 1 раза мне !более чем достаточно. / И эти светлые-темные осколки ее образа, эти – выхватываемые стробоскопом – мгновения былой повседневности, !как бы я хотел, чтобы когда-нибудь, хоть раз, ?если такое возможно, они сложились в одно=целостное подобие этой женщины –: мне бы еще хоть немного Еще-пребывания там, в этой квартире напротив – и тогда ты опять повернула бы ко мне лицо и я сразу перестал бы быть привидением, мертвым войеристом, который наблюдает за тобой, но о котором ты уже забыла..... Прощание с людьми бывает тем тягостнее, чем с большим дружелюбием или даже нежностью они к тебе относились, потому что ты знаешь, что это недоразумение: Тот, кто подошел бы к тебе достаточно близко, более не мог бы быть ни дружелюбным, ни нежным. Это как на вокзале, где, когда уже подан сигнал к отходу поезда, но сам=поезд еще не тронулся, с табло у тебя на глазах исчезает Все этого поезда касающееся – Номер состава Время отправления Промежуточные станции & Конечный пункт назначения, – так что и этот самый поезд, и ты=сам, в этом поезде сидящий, считаетесь уже отсутствующими, вы потеряли идентичность, бесследно вымараны, списаны со всех счетов, вас как бы вообще здесь никогда не было – давай!давай !Следующий..... А ведь ты знаешь, что уже никто и никогда не сделает большего..... в смысле готовности идти навстречу тебе. И все прочие слова застревают в моем забитом пылью горле – –
