Собачьи ночи полностью

Девочка лет одиннадцати или двенадцати, сидящая на ступеньках, как если бы она материализовалась из воздуха благодаря включенному свету; и лицо девочки – лицо той !женщины, которую я, Сегодня & Здесь, в этом городе, надеялся встретить в баре «Унтер-ден-линден» – с которой у меня была назначена встреча, потому что, ты же знаешь, она бы одним своим появлением, уже самой своей сущностью, вновь дала бы тебе силу & жизненную опору – да, опору, ибо она всегда чувствовала всю громадность моего эгоизма и уже по одной этой причине рассматривала меня как бы изнутри меня самого; была единственным человеком из тех, кого я знаю, кто при подобных окказиях совершенно отбрасывал собственную точку зрения и подсказывал мне=самому такие слова и поступки, которые действительно соответствовали мне; силу & опору, которых ты лишился – с того утра на кладбище, точнее, у кладбищенских ворот, когда 2 крошечные урны стояли в кузове грузовичка, и ты не знал, надолго ли разучишься говорить после того, как увидишь эти контейнеры, похожие на две последние консервные банки, оставшиеся в обанкротившемся & подлежащем ликвидации магазине; сосуды, которые, будучи итогом Всейжизни двух людей, не могли не воздействовать на тебя как пошлая=кафешантанная шутка, как надругательство над Вечностью. И – с той ночи много ночей спустя, когда ты убил твоего брата, там, в больнице, в том же маленьком городке, на расстоянии, лишь немного превышающем дальность стрельбы, от кладбищенской капеллы, где ты за сколько-то часов – ?или: лет – до этого осознал свою невосполнимую потерю: !ты, которому, как ты всегда думал, терять нечего – !именно перед деревянным, запачканным песком кузовом кладбищенского грузовичка довелось тебе осознать, что….. значит потеря. И она, эта женщина, тогда сумела вернуть тебе душевное равновесие, как уже и раньше часто становилась для тебя поддержкой, компенсацией и мерой часов, проведенных тобою среди чужих, – и ей хватало гордости, чтобы тебе это !не показывать. И в назначенной на сегодняшний вечер встрече с этой женщиной ты видел возможность прекращения охватившей тебя особой растерянности, длившегося уже много недель и месяцев ощущения, что ты находишься в подвешенном состоянии – что твои тело мозг охвачены одинаковыми колебаниями без конца без остановки – как если бы ты с того самого часа на кладбище, с той самой ночи, когда тебе пришлось совершить убийство, начал строить для себя мост над пропастью, дна которой ты не можешь разглядеть, ибо оно скрывается под туманом & тьмой, на неизмеримой глубине, & последний опорный столб, возведенный на прочном основании, он уже далеко, очень далеко позади – жизнь на выступе – только чудо некоей странной статики, кажется, препятствовало до сих пор твоему обрушению, окончательному низвержению в пропасть. Между тем, на этом пути в колеблющееся, неопределенное 1ночество, на который ты ступил много лет назад, если, конечно, не был брошен на этот путь еще до своего рождения, если речь не идет о предопределенности твоего 1ночества кровью других 1ноких, живших прежде тебя, – между тем, значит, даже такое представление о каком-то происхождении, мысль, неизбежная, о родителях – матери отце – вместе с влекомым за ними обоими на буксирном тросе косяком родственников, этой шире и шире раздвигающейся в прошлое пирамиды из костей плоти характеров & денег, со всеми их комедиями актерской игрой хитрыми боксерскими хуками, всегда ради 1 только: чтобы выстоять, даже не пере-жить что-то, а только выстоять, чтобы хоть как-нибудь, да свести концы с концами, вместо того, чтобы отправляться псу под хвост….. даже такое представление, если иметь в виду Сегодня & Здесь, давно уже погрязло в несущественностях, позабыто & удалено из сознания 1нокого, а если и всплывает в этом сознании, то вызывает лишь горький смех –; и, тем не менее, оно, это представление, обладает такой тяжестью, такой гнетущей силой – именно в те моменты, когда ошибочно констатируется его утрата; к этому, значит, и сводятся, по всей видимости, домогательства Прошлого: заставить 1нокого найти свою 1нокость, которая, как только он ее ощутит во всей присущей ей жесткости, наконец заставит его, 1нокого, об нее разбиться….. Слишком тяжелым попал ты в этот мир, потом всю=жизнь подвергался взвешиванию & под конец был найден слишком легким. Тебя не хватило : ?Когда же ты будешь наконец взыскан, убран отсюда….. (В дикой тишине внутри твоей головы – периодический треск, осколочный шум, как если бы изначально криво сколоченная балочная конструкция теперь подверглась добавочной нагрузке; или: как если бы твой череп все сильней и сильнее сжимали винтовые тиски –: что-то Чужое хотело бы теперь продолжать за тебя твою игру перед зеркалом –) :И эта женщина, ей в прошлом часто удавалось благодаря одному лишь ее присутствию, всегдашнему покою и уверенности в своем здесь-бытии, становиться твоей ближайшей опорой на пути через пропасть, когда уже нет иного пути назад или вперед. Может быть, сегодня эта женщина стала бы твоей последней опорой, после которой – низвержение вниз, конечный окончательный Аут. Ты должен был учитывать и такую возможность….. хотел Все=это рассказать ей при вашей встрече. И получился бы вечер, который разделил бы вас тайной твоего преступления – или, напротив, связал друг-с-другом на всю жизнь. Другое, что не было бы решением, ты даже не принимал в расчет. – И, тем не менее, для тебя, в тени твоей страсти к этой женщине, остается желанным только 1, остается 1 только страшный вопрос: ?Сумеет ли она отличить важное от ничтожного, как это умеют только женщины, когда дело дойдет до действительно серьезных вещей: 1 короткий слезный поток и потом – поступок. С отдаленьем, однако, растет и Теряющее[19]. Ты хотел увидеть, как это решится: Сегодня вечером – –