— Вы, наверное, не очень поняли меня. Это не организация, там нет списков, членских взносов, просто люди общаются, оказывают услуги друг другу. Герасимов молодой был, бизнес его стал успешен всего лишь пару лет назад, до этого он ведь шмотками торговал. Конечно, он общался со многими, с Зятченко ездил на Канары, с Федоровым — директором пивзавода и с ребятами из районной администрации на охоту ездили и на рыбалку, в «Олимпе» его, конечно, многие из нас часто бывали: поужинать приезжали, в биллиард поиграть, в баньке попариться, в тренажерный зал ходили. Но серьёзных дел не имел ни с кем вроде бы, он не настолько финансово состоятелен был, даже дома не было загородного, не успел построить. С ларьков да магазинов большие миллионы не заработаешь, так, на пропитание, да на насущные нужды. А «Олимп» вообще убыточный, это, скорее, для статуса, у нас на развлечение немного тратят, тут не Москва. Что там у него ещё в активах? Автостоянка маленькая? Нет, он был птица не очень высокого полета, хотя жалко парня всё равно, молодой совсем. Детей двое осталось… Вот ведь как в жизни бывает.
— Леонид Борисович, извините, у меня времени не очень много, скажите прямо, чего вы от меня хотите? — мне стал надоедать этот неопределенный разговор.
Ракшин поморщился:
— Да я, то есть те люди, которых я сейчас представляю, не то, чтобы чего-то конкретного от вас, Сергей Егорович хотели. Скорее, предлагают вам дружбу, которая откроет новые возможности. От вас ничего такого особого-то и не требуется. Ну, разве что не придираться к Зятченко, он, хоть и сглупил, про звонок телефонный сразу не рассказал, но вообще неплохой человек, и уж к убийству точно не имеет отношения. Поверьте нам, мы давно его знаем.
— Это всё? — коротко поинтересовался я.
— Не совсем… Мы бы ещё хотели… Было бы неплохо, чтобы любая ценная информация, которую вы в дальнейшем получите в ходе расследования, была бы в нашем распоряжении раньше даже, чем вы доведете её до сведения прокурора. Конечно, мы заинтересованы в раскрытии убийства и наказании виновного, но!.. — Ракшин сделал многозначительную паузу. — Но… информация в наше время — это то же оружие. И если в рамках следствия вдруг всплывет что-то, что может нанести ущерб бизнесу, деловой репутации, мы должны вовремя принять меры. Виновных можно, в конце-то концов и самим покарать, а для отчёта всегда найдется человек, готовый вину признать, понимаете меня?
Я похолодел. Конечно, в себе самом я полностью уверен, в жизни не стал бы обвинять подставное лицо, лишь бы дело закрыть, но за прокурора, оперативников уголовного розыска, милицейское начальство ручаться не мог, пока ещё не настолько хорошо с ними знаком. Интересно, они уже предлагали это кому-то кроме меня? Надо будет все получаемые впредь доказательства проверять с особой тщательностью. А этот Ракшин, вполне вероятно, может оказаться опасным человеком, ишь как мягко стелет, мафия, блин.
— И в чем будет состоять мой интерес? — нет уж, продаваться я совсем не собирался, но решил подыграть собеседнику, а заодно удовлетворить собственное любопытство, почём нынче начинающие следователи идут.
— Интерес ваш, Сергей Егорович, состоять будет в новых разнообразных возможностях. Очень немалых, кстати…
— А к чему мне эти ваши «возможности»? Я тут человек временный, появится вакансия в Самаре, сразу переведусь, а не появится, через три года заберут в областную прокуратуру. Это для молодых сотрудников — стандартный вариант, — я вытащил новую сигарету и закурил, не отводя взгляда от Ракшина.
Визитёр тоже щёлкнул своей добротной бензиновой зажигалкой и выпустил струю дыма.
— Врачи давно велят ограничиваться в сигаретах, а всё никак не могу себя заставить. Две пачки в день выкуриваю, — покачал головой Ракшин. — Возможности, Сергей Егорович, для вас самые разнообразные, в зависимости от той пользы, которую вы сумеете принести. Например, ремонт в квартире, доля в бизнесе для ваших родственников, отдых за границей, машина есть у вас?
Сам не знаю почему, я отрицательно покачал головой. Наверное, подсознательно не хотелось привлекать внимание к своему материальному положению, а тем более вдаваться в объяснения о проблемах с гаражами всякими.
— А уже скоро могла бы быть. В долгосрочный беспроцентный кредит, — Ракшин заговорщицки подмигнул. — Вам нравится «десятая модель»?
