«Благодаря размещению упряжек непосредственно при ПМП и БМП по две-три упряжки питание собак было удовлетворительным. Для питания, помимо продуктов, положенных по норме приказа № 55 НКО, использовались остатки пищи на ротных и батальонных кухнях и пищевые отходы.
Обеспечение продуктами по норме для нартовых собак согласно приказу НКО № 55 1941 г. было организовано в большинстве случаев плохо.
По норме положено на каждую собаку в сутки:
1. Мясо (конина) — 400 г.
2. Хлеб ржаной — 300 г.
3. Крупа овсянка — 400 г или отруби — 500 г.
Конина очень часто отсутствовала, а замена другими продуктами не предусмотрена нормой. Крупы овсянки также часто не было на складах, а отруби собаки не ели. Таким образом, в большинстве случаев собаки по норме получали только 800 г в сутки.
По линии ветеринарной службы только в редких случаях оказывалось содействие в обеспечении собак конским мясом…
По линии продслужбы в середине зимы были даны указания о замене овсянки бракованными продуктами с продскладов, главным образом испорченными концентратами и крупами. Разрешена была также замена мяса рыбой.
Благодаря размещению нартовых упряжек непосредственно в войсковых частях и проведенным мероприятиям по улучшению снабжения ездовых собак продуктами питания, упитанность собак к концу зимнего сезона стала хорошей».
Все военные собаки, числящиеся в подразделениях, независимо от того, к какой службе они относились, стояли на довольствии и получали питание согласно нормам: 600 г крупы, 20 г соли, мясо. Так как нагрузки на собак были велики, то командование подразделением или части особое внимание обращало на кормление собак мясом. В дело шло мясо убитых и павших от незаразных болезней лошадей.
В среднем каждая собака ездово-санитарной упряжки получала от 1,5 до 2 кг конины, что вполне восполняло затраченную ими энергию.
Особенно придирчиво относились к тому, как кормят ездово-санитарных собак в стрелковых частях и подразделениях. При перебое с кормом имели место случаи, когда командиры частей своим приказом зачисляли собак на красноармейский котел. В перерывах между боевыми действиями и в случаях, когда ездово-санитарные упряжки собирались вместе, приготовлением пищи для животных занимались сами вожатые.
В военное время, втянутые в перевозку грузов, получив суровую закалку фронта, ездово-санитарные собаки сравнительно легко переносили временные перебои в питании. Было отмечено, что собаки, получавшие в питании мясо, легче переносили недоедание, чем собаки, питавшиеся кашей.
На заключительном этапе войны наблюдалось незначительное похудание ездово-санитарных собак. Это обуславливалось тем, что упряжкам приходилось своим ходом сопровождать наступающие войска, беспрерывно двигаться с ними. Такое же похудение наблюдалось во время сырой погоды и работы собаки в распутицу. Но после двух-трех дней отдыха животные вновь приходили в норму.
Как показала практика использования собак на южных направлениях советско-германского фронта, были случаи тепловых ударов у ездово-санитарных собак. Вожатые постоянно носили при себе воду и поили животных, устраивали упряжки собак для отдыха в тени.
Центральная школа не стояла в стороне от проблем военного собаководства. Ученые и специалисты собаководства всячески стремились облегчить военную жизнь и содержание собак, разрабатывались различные способы и методы, снижающие напряжение и усталость военных собак в ходе боевых действий.
