— Привет, извини обнимать не буду, а то сама видишь, вся в муке и фарше! — лучезарно улыбнулась Марина. Внешне она была мало чем похожа на мать, да все три ребенка, как будто не от нее. Но по характеру казались очень похожими. Обе улыбчивые, хохотушки и даже голоса похожи. Нику тут же усадили за стол в помощь Марине лепить пирожки.
— Ой, у тебя рука болит, да? — взволнованно вспомнила Галина и всплеснула руками.
— Я начинку могу и одной рукой накладывать, — успокаивающе улыбнулась Ника.
Бабушка уселась на другой конец стола и стала нарезать салат. Анна помешивала что-то на плите, Галина скакала зайчиком между всеми постоянно о чем-то болтая, советуя и сетуя.
Ника же успевала отвечать на многочисленные вопросы, заниматься пирожками и в то же время наблюдать за женщинами.
Бабуля все так же продолжала наблюдать за ней из-под тешка, тем же занималась и Анна, но та еще и провокационные вопросы задавала.
— Давно вы с Лешей? Что-то я не помню, чтобы он о тебе говорил.
Ника заметила, что та позволяла себе называть Алекса уменьшительным именем, при том, что ему это не нравилось. Хотя, возможно эти ограничения относились на самом деле только к ней Нике. Но виду подавать не стала.
— Да нет, недавно. Как-то у нас все так быстро сразу определилось, — расплывчато ответила Ника. "Вы даже не представляете, насколько быстро", — мысленно добавила она.
— Как-то все равно не вериться, что он женился. Да еще…
— … на такой как я? — лукаво усмехнулась Ника, продолжая накладывать начинку и ловко залепливать края пирожков.
— Анна! Ника, ну что ты, нет конечно! Просто мы и правда немного удивлены. Он вообще сюда ни разу никого не привозил. А тут, привез, да еще и сразу жену.
— Странно все же, что о тебе он вообще не говорил, — гнула свое Анна, помешивая что-то в кастрюле.
— Да и о тебе тоже. Видимо, не посчитал нужным о детской влюбленности делиться.
По тому, как окаменело лицо Анны, Ника поняла, что попала в точку. Едва заметно скривив губы в злорадной усмешке, она продолжила:
— Наши с ним отношения, это наше личное дело, и с кем делиться, а с кем нет, решать только нам.
— Но мы тоже не чужие, могли и свадьбу сыграть, а то я смотрю, не по залету ли так скоро расписались, — вставила «бабуля». Анна тут же воспряла духом, а усмешка Ники стала шире. Старушку она зауважала.
— Нет, правнуками еще не скоро обрадуем, — Нике все труднее было не захохотать в голос. Она правда боялась, что будет страшнее. Допрос с пристрастиями, утверждения того, что она абсолютно не годиться в жены такому «замечательному» мужчине и куча доводов по этому поводу. А тут просто детский сад какой-то. Прямо не знают с какой стороны подступить. Одна с одной стороны подступает, другая с другой стороны ее прощупывает. Третья делает выводы выслушав первых двух. И только Марина особо не встревает, а по ее рассеянному взгляду и вроде как незаметным прикосновениям к обручальному кольцу, Ника сделала свои выводы. К сожалению, печальные. Все это уже было.
— Могу еще чем-то помочь? — уточнила Ника, когда тесто для пирожков закончилась, как в прочем и начинка.
— Да нет, спасибо, можешь пока по дому погулять. Вон, тебя Карина проводит, — Марина указала на вошедшую девочку лет семи. Ника приветливо улыбнулась девчушке, предоставив женщинам устроить семейный совет обсудив полученную информацию.
Дом оказался больше, чем Ника его себе представила. На втором этаже аж четыре спальни и ванная комната с туалетом.
— У нас с мальчишками своя комната, — гордо сообщила Карина, широко отворяя дверь комнаты перед Никой. Эта была самой большой спальней, вмещающей две двухэтажные кровати, два шкафа, тумбочку и стол с четырьмя стульями вокруг.
— А кто еще тут кроме тебя живет?
— Данька с Димкой, но их сегодня нету, они у другой бабушки. Тамара тоже изредка приезжает, но она уже большая, и ей с нами скучно, — грустно сообщила племянница Серебрякова.
Пока они спускались обратно на второй этаж, а оттуда в соединённую с домом пристройку, где находился гараж, каминный зал, а за ним и сама баня. Нике ужасно хотелось осмотреть все это строение снаружи, но к сожалению, обещанный шторм их догнал и сейчас во всю гнул за окнами деревья к земле разбрасывая все вокруг.
— А ты теперь жена дяди Алёши, да?
Ника кивнула.
— И теперь ты его целуешь, да?
Девушка чуть поморщилась усмехнувшись.
— Ну… да.
— А мне значит больше нельзя? — они переступили порок в каминный зал, в котором уже камин затопили и перед ним спиной к ним на корточках сидел тот самый «дядя», о котором велась речь.
— А тебе хотеться? — с трудом сдерживая смех уточнила Ника.
— Ну в щечку только, — просительно сложила ручки малышка, и Ника уже не сдержалась тихо засмеявшись.
— Ура! Дядя Леша, мне тебя целовать можно, — с радостным воплем набросилась на мужчину племянница, повиснув у него на шее.
— Привет малыш! Ты где пропадала и почему меня встречать не вышла? — Алекс пощекотал девочку, и та весело захихикала.
