– Ну, так прибежал же среди ночи. Значит ценит столь прекрасную студентку. И я его очень понимаю.
– Да ладно тебе, – смутилась Борина.
Они шли по выложенной плоскими камушками дорожке через центральный сквер, который занимал чуть ли не треть всей территории академии.
– С ним бы ты в таверну пошла, – с легкой обидой в голосе добавил провожатый.
– А кто сказал, что я не пойду с тобой? Только давай поспешим, мне нельзя опаздывать.
– Знаю самую короткую дорогу – через сквер, – заговорщицки сообщил виконт.
Он взял девушку за руку и потянул ее в сторону от дорожки.
– У меня не та обувь, чтобы по лесным тропинкам ходить! – запротестовала она.
– Не проблема. – Виконт подхватил барышню на руки и понес.
Она сначала растерялась от такого обращения, но затем пришла в себя:
– Отпусти! – Девушка с силой уперлась в его грудь ладонями.
– Зачем, разве тебе неудобно? – Данкес еще плотнее прижал ее к себе.
– Отпусти немедленно, иначе закричу! И на бал с тобой не пойду! – теперь в голосе студентки появился металл.
Виконт сразу поставил ее на ноги:
– Только хотел поухаживать за красавицей, и сразу получил отлуп.
– Ничего ты еще не получил, – недовольно проворчала строптивая красавица. – А ходить я и сама могу. Давай поторопимся.
Они почти побежали, но буквально через полминуты парень резко остановился и застонал.
– Что с тобой? – забеспокоилась Борина.
– Ничего, сейчас должно пройти.
Рядом оказался широкий ровный пень, и девушка усадила виконта.
«Неужели надорвался, когда меня поднимал? Странно…. Или я такая тяжелая, или он – хлипкий. А по виду не скажешь».
– Я позову помощь! – сказала она.
– Она ему уже не понадобится, – раздался неприятный незнакомый голос, и прозвучал щелчок.
Девушка увидела вышедшего из-за дерева мужчину с арбалетом в форме местной жандармерии, а затем обернулась взглянуть на Данкеса. Юный виконт завалился набок с торчащим из груди болтом.
В следующее мгновение кто-то сзади крепко обхватил ее за талию и прижал к лицу тряпку с дурманящим запахом. Теряя сознание, ученица Этмана определила состав усыпляющей жидкости:
«Снадобье растительного происхождения, отключает человека на три – пять часов. Пробуждение сопровождается затяжной головной болью».
– Попалась, птичка, – произнес один из жандармов. – Уходим.
Ургас внимательно слушал мой рассказ, при этом постоянно прикладываясь к большой кружке с ароматным напитком. Что удивительно – за все время учитель не произнес ни слова, не задал ни одного вопроса. Лишь иногда молча кивал, одобряя действия ученика. И с каждой минутой выглядел все бодрее и бодрее.
– …а потом я приехал в деревню и увидел, что в нашей школе, мягко говоря, не все в порядке.
Наставник поднялся с кресла, взял с полки еще одну чашку и наполнил её до краев тем же отваром, который пил сам.
– Теперь ты пей и молчи. Снадобье действует только на молчунов.
Я начал пить горячий отвар небольшими глотками.
– Не помню, успел ли предупредить, что о твоем отношении к пустоте говорить нельзя никому, чтобы не подвергать лишней опасности ни себя, ни других, – сообщил учитель. – И в первую очередь это касается твоих друзей. Глупый враг захочет пустотника уничтожить, умный – подчинить, выискивая рычаги влияния. И о встрече с энергозверем тем более распространяться не стоит. Сам должен понимать: других магов это существо уничтожает, а тебя не только не тронуло, но и заговорило с тобой, да еще заключило сделку… Ашид тоже его видел и успел рассказать об энергозвере остальным. Я велю всем нашим держать язык за зубами. А особенно – о моем излечении этим необычным созданием из молний.
Ургас не стал садиться обратно в кресло, устроившись на своей излюбленной лежанке в положении полусидя.
– Нашим ребятам о походе в степь можешь рассказать почти всё, даже о рыси, получившей броню – это будет дополнительным объяснением твоего удачного похода. Раз степь тебя любит, значит могла выделить провожатого, а почему тебе выпало именно это задание, ты не знаешь. Учитель так сказал, а с тебя и взятки гладки.
– Что касается руин и алтаря, – учитель взглянул на потолок. – Полагаю, тебе в будущем стоит заглянуть туда. В древних зданиях, куда другим людям вход заказан, могут быть полезные знания и ценности.
Я в очередной раз кивнул, и наставник после небольшой паузы продолжил:
– История твоего похода никоим образом не должна дойти до сторонних ушей. В буйный сезон мало кто возвращается из степи живым, будь он даже высокоранговый колдун, обвешанный самыми дорогими амулетами. Теперь об иллюзиях, обрыве и встрече с привидением, которое подвергло тебя испытанию. – Ургас задумался, глядя поверх меня. – Понятно, что об этом, как и о пустоте, знать не должен НИКТО, – произнес он. – И все же… Это каким же везучим нужно быть, чтобы выхватить тот камень, которого не видно?
Хотел возразить учителю, но тот остановил меня жестом:
