– Я ведь и тебя могу вызвать на поединок за оскорбление, – пригрозил Мурдюг.
– Вызывай. – Пожал плечами баронет. – Правила помнишь – оружие, время и место выбираю я.
– Ладно, сейчас не до тебя, – отмахнулся Мурдюг. – Раз ты связался с Ургасом, все равно сдохнешь. Ждите, мы скоро заглянем.
Троица развернулась и двинулась прочь от школы.
– А этот Мурдюг всерьез тебя опасается, – глядя им вслед, заметил мастер, который за весь разговор не произнёс ни слова.
– У меня среди наемников была скверная репутация: я не прощал оскорблений.
– Даже волшебникам?
– Особенно – волшебникам. После того, как двое поссорившихся со мной мага пропали, другие стали гораздо сдержаннее в словах.
– Да, оказывается я многого про тебя не знаю, Кортис.
– У каждого имеются свои секреты, мастер.
– Это точно, – согласился Ургас, вспомнив Алтона. Наставник ни одному человеку не собирался рассказывать об особенностях магии ученика. – Как думаешь, они пожалуют сегодня или завтра?
– Запугивать будут всю ночь, а нападут, скорее всего, утром. И еще, мастер: те двое, что стояли сзади, могли оставить какую-нибудь гадость. Надо бы проверить.
Волшебник создал огненную дугообразную стенку высотой около полуметра и пустил ее вперед. Траву пламя не обжигало, зато несколько раз в нижней части стены возникали всполохи.
– Ты прав, этот Мурдюк – конечный мерзавец! – Ургас покачал головой. – Притащил дюжину магически обработанных гадюк. Разглядеть их сложно, а яд смертельно опасен.
Алгай, стоявший чуть поодаль, с восхищением смотрел на учителя.
Иргум Рунской выглядел мрачнее тучи: у него с поводка сорвался одаренный, который еще даже не сдавал экзамен на ранг. А ведь на пленника были наложены неслабые чары оцепенения, с которыми далеко не каждый маг шестого ранга мог справиться! Но этот…
«Я-то думал, что он случайно выжил, когда в грозу ушел из школы, когда встретился со зверолюдом, и когда уничтожил банду… А, выходит, мальчишка настолько непрост, что даже не знаю, с кем его сравнить. Как-то я рано обрадовался и расслабился, когда выловил Алтона после степи. Мог бы и тщательнее его обшарить, перед тем как паковать. Наверняка из живой степи он вынес что-то важное. Надо было для верности еще и сонными зельями накачать, хотя теперь даже не уверен, что это помогло бы.
Виконт не стал менять свой маршрут после исчезновения Алтона, по-прежнему направляясь к Туреину. Он настолько ушел в свои мысли, что даже не наорал на хозяйственного Одоха, который попросил не бросать телегу и даже вернуть выпавшую часть сена, поскольку за все было уплачено. Иргум всю дорогу, пока они двигались по лесу, прокручивал в голове, что скажет брату по возвращении в Руниег.
Когда выехали на опушку, оказалось, что их там ждали.
– Если не ошибаюсь, виконт Рунской? – от группы встречавших отделился всадник и приблизился к Иргуму.
– Не ошибаетесь, – кивнул вельможа. – С кем имею честь?
– Барон Царанский, – представился тот. – По поручению графа Антига Динского уполномочен пригласить вас к нему в гости.
– С великим сожалением, барон, я вынужден отказаться. С удовольствием принял бы приглашение его сиятельства, но в данный момент выполняю прямой приказ своего господина срочно явиться в Руниег. Передайте мои извинения и самые искренние пожелания процветания графу.
Царанский являлся правой рукой хозяина здешних земель, и виконт не желал с ним ссориться. Тем более, что свита барона была вдвое больше, чем у самого Иргума.
– Хорошо, я передам ваши извинения и пожелания. Надеюсь, вы все же не откажетесь ответить на несколько вопросов, касающихся вашего визита на земли господина Динского?
Открытой вражды между Рунскими и Динскими не было, но определенная неприязнь витала всегда. Виконт решил сейчас не обострять отношения.
– Если это не займет много времени, я – к вашим услугам.
Они спешились и отошли в сторонку. Барон создал купол тишины и от посторонних ушей, и от порывов ветра, заглушавших голоса.
– Скажите, виконт, какова причина вашего визита в деревню Руданы? – спросил Царанский.
– Странно, что вы спросили об обычной деревеньке – неужели я что-то нарушил? Просто оказался там проездом и решил немного отдохнуть. Все же ночевать, даже в походе, предпочитаю не под открытым небом.
– Проездом через деревню на отшибе? – пожал плечами барон. – Сами не находите это странным?
– Мне кто-то говорил, что в этой «деревне на отшибе» сразу две школы магии! Вот и решил убедиться в достоверности таких удивительных слухов.
Царанский внимательно взглянул на собеседника, словно решая, стоит ли говорить ему нечто или промолчать, и все-таки продолжил:
– Именно из-за школы я и завел этот разговор. Дело в том, что практически сразу после вашего отъезда на территории одной из них убили весьма уважаемого волшебника.
– Вы подозреваете меня или кого-то из моих людей, барон? – вскинулся Иргум.
– Ни в коем случае, виконт, как вы могли такое подумать? Я ведь уже сказал, что меня интересует школа, где произошло убийство.
– Не та, случайно, в которой преподает некий мастер Ургас?
– Она самая, – подтвердил барон. – Вы что-то знаете о происшествии?
