Еще во время службы на границе Алгай не раз попадал в сложные ситуации, сражаясь с нарушителями границы. Да и в живой степи успел повидать немало, но сейчас сложилась совершенно иная ситуация. Сегодня он наконец-то добился благосклонности девушки своих мечтаний, стоял буквально на пороге счастья, и вдруг какие-то сволочи резко сбросили с небес на дно глубокой пропасти. Резкая смена настроения, тревога за жизнь Марики, неизвестность – все это придавило с такой силой, что парень уподобился натянутой до предела струне.
Здание, к которому привел Алгая нагловатый тип, выглядело заброшенным. Проводник ухмыльнулся, открыл двери и остановился.
– Проходи, – пробурчал он.
– Только после тебя.
– Ты еще смеешь мне указывать, сопляк?! – повысил голос тот. – Я ведь могу отправить сигнал о твоем сопротивлении, и кучка моих приятелей наконец-то увидит, что у твоей девки под одеждой. Ха-ха-ха!
Эта скабрезность стала последней каплей, запустившей
Ощутив внутренний подъем, Алгай пристально посмотрел на стоявшего у дверей. Провожатый был обвешан защитными амулетами и явно не боялся магических атак. Он считал себя хорошим бойцом, поэтому даже мысли не допускал, что ему сможет навредить какой-то юнец. На том мужик и погорел.
Алгай молниеносно сократил дистанцию и нанес всего один удар в подбородок. В шее врага что-то хрустнуло, он начал заваливаться. Парень одной рукой схватил тело за куртку и внес в дом. Еще минуту назад он не собирался убивать провожатого, но сейчас все изменилось. Любой, кто хоть как-то собирался навредить Марике, становился его кровным врагом. А такие враги не имеют права на жизнь.
«Неужели получилось! – мысленно воскликнул он. – На тренировках с богатырями, как ни старался, не мог войти в нужное состояние. Теперь точно повоюем».
Алгай прекрасно сознавал, что долго в таком режиме оставаться нельзя, но ради Марики был готов на все. И если раньше особых шансов ее спасти не имел, то сейчас сам поверил – все получится!
Пройдя по небольшому коридору, вошел в комнату, где его ждал невысокий боец, вооруженный легким полуторным мечом.
– Пришел спасать девицу? Зря. Сейчас умрешь, сосунок, а краля достанется призом тому, кто тебя прикончит.
Алгая дернуло в сторону как раз в тот момент, когда появившийся сзади враг нанес удар клинком в спину. Лезвие прошло в сантиметре от плеча, а сам парень, как его учил один из трех богатырей, резко обернулся, сократив расстояние с коварным убийцей, и нанес удар в горло. В следующий миг выхватил оружие из его ослабевших рук и предстал перед слегка опешившим любителем плотских утех уже во всеоружии.
Тот хотел напоследок грязно выругаться, но не успел. Меньше секунды понадобилось юноше, чтобы совершить смертоносный выпад. Алгай подхватил второй меч и двинулся дальше. Троих бойцов, которые попытались воздействовать еще и магией, обоюдорукий мечник прикончил, даже не останавливаясь. Его способность поглощать чары вплоть до седьмого ранга спасала от заклинаний, а владением мечами он намного превосходил противников.
– О, посмотрите, кто к нам пришел? – приторно-мягким голосом произнес незнакомый тип, сидевший в кресле возле дальней стены. Рядом с ним с кляпом во рту стояла связанная Марика, а путь к ней преграждали сразу семеро бойцов. – Не думал, что ты доберешься до этой комнаты, мальчишка. Удивил, удивил… Ладно, я подготовил для тебя вполне приемлемое условие. Слушай внимательно, чтобы ничего не перепутать: если кто-то из моих людей погибнет или получит ранение, твоя дама сердца лишится головы прямо на твоих глазах. Но если ты прикончишь себя сам, я, так и быть, ее отпущу.
Закончив говорить, Шумский кашлянул, и его бойцы расступились. В парня тут же ударила красная молния, выпущенная негодяем из артефакта. Столь мощное заклятие даже Алгай не сумел бы поглотить, но чары принял на себя неожиданно возникший вокруг полупрозрачный барьер, сразу после попадания осыпавшийся пеплом.
«Неужели кулон?» – промелькнула догадка.
– Надо же, и мой фейерверк тебе нипочем? Прямо, не студент академии, а загадка, – продолжая ёрничать, пробормотал граф, однако уверенности в его голосе поубавилось.
И было от чего – Шумский только что использовал свой главный козырь. Он полагал, что уж с юношей-то справится без труда, не привлекая к операции своих самых сильных бойцов. А теперь графу пришлось активировать амулет их срочного призыва.
Слова Шумского навели Алгая на одну мысль.
– У меня тоже имеется сюрприз, но не для тебя, а для самой красивой девушки. Хочешь взглянуть? – обратился он к Марике.
Пленница сначала расширила глаза, затем кивнула и сразу зажмурила их. А комнату озарила вспышка яркого света, ослепив тех, кто этого не сделал. Алгай ринулся в бой.
