Дима отчаянно хотел высказать тому, все что накопилось, но Алексей под страхом смертной казни запретил ему даже думать об этом. Поэтому, когда в обеденный перерыв позвонила Аня и предложила пообедать вместе, он с радостью согласился, надеясь хоть как-то отвлечься от своих безрадостных мыслей. Они встретились в одном из летних кафе, где уютные столики располагались прямо на улице, под широким навесом, создающим тень в жаркий безветренный полдень.
Когда Дима пришел, Анна уже ждала его. На ней был легкий цветастый сарафан, а в руках она вертела трубочку от коктейля.
— Привет, Анют, — улыбнулся он, запоздало сообразив, что они еще не общались после того, как их с Алексеем отношения открылись.
Аня привстала, и они обменялись приветственными поцелуями.
— Привет, солнце! Я заказала нам по большому фруктовому десерту с мороженым, — улыбнулась она в ответ.
Дмитрий уселся за столик напротив сестры.
— Ань…
— Дим…
Начали они одновременно и вместе умолкли.
— Давай я, — предложила Анна и, когда Дима согласно кивнул, продолжила. — Я хотела извиниться. Никита рассказал мне о вас с Лешей. Я ведь даже представить не могла, что он — это тот самый натурал, про которого ты рассказывал. Ты ведь не говорил, кто он. Если бы мне с самого начала было это известно, я бы никогда не флиртовала с ним и тем более не целовалась бы…
— Ань, все нормально, — перебил он сестру. — Ты и не могла знать. Просто так получилось. Тебе абсолютно не за что извиняться.
Анна ласково улыбнулась брату.
— Теперь я понимаю, почему мои чары на него не действовали. Разве я могу тягаться с тобой по обаятельности?
— Не подлизывайся, — засмеялся тот.
— Так у вас все серьезно?
— Ну, в выходные я собираюсь переезжать к нему, — наморщил нос Дима.
— Обалдеть! — выдохнула Аня. — У тебя таки это получилось.
— Получилось что? — не понял он.
— Обратить его, — засмеялась его сестра.
Дима не выдержал и тоже засмеялся вместе с ней, качая головой.
— И… у вас все было? — заговорщицки поинтересовалась она, а потом вдруг что-то вспомнив, воскликнула. — Так это его ты прятал от меня в ванной!
— Вот все тебе расскажи, — передразнил он ее.
Им принесли большие прозрачные вазочки на ножках, заполненные горками сливочного мороженого вперемешку с разноцветными кусочками разных фруктов, и они с удовольствием принялись поглощать эту феерию вкуса.
— Я очень рада за тебя. И за Лешу, — улыбнулась она. — Поверить не могу, что рассказывала тебе какой он интересный и как он целуется, в то время как ты уже давным-давно сам это знал. И вероятно не только это…
— Если честно, то в тот момент я искренне думал, что вам двоим будет лучше вместе, — вздохнул Дима.
— Что за глупости? Между нами даже ничего не было. Так, поцеловались пару раз и то на пьяную голову… И то, потому что он перепутал меня с тобой…
Дима вновь засмеялся, потому что последняя фраза его сестры прозвучала настолько искренне, будто это не вызывало никаких сомнений.
— А как у вас с Ником, подпольщица?
Анна мечтательно улыбнулась.
— И встретились два одиночества…
— О, похоже на то, — протянул Дима, — у вас обоих не сильно удачный опыт за плечами.
— Знаю, — вздохнула она, — поэтому, наверное, и понимаем друг друга так хорошо. Мы пока не спешим.
Они вновь ненадолго умолкли, поедая подтаявшее мороженое.
— Нужно будет сходить куда-нибудь вместе, — предложила Анна.
— Не думаю, что это хорошая идея, — покачал головой Дмитрий. — Никита никак не может смириться с тем, что Алекс оказался не совсем натуральным натуралом.
— Я поэтому и предлагаю. Пусть посмотрит на вас со стороны…
— Аня, он на нас со стороны каждый день смотрит. Особенно на меня. Я с ним в одном кабинете сижу.
— Ну, это не считается, — возразила Анна, — это же на работе. Ладно, я поговорю с Никитой и постараюсь объяснить, какой у меня замечательный брат и как Леше с ним повезло.
— Ну, удачи. Алекс хоть и не признается, но я знаю, как ему тяжело из-за того, что Ник не понимает его. Они же лучшие друзья.
— Кстати, мне показалось, что я сегодня видела Алексея у себя в суде.
— Тебе не показалось, — Дмитрий мгновенно помрачнел. — Ты знаешь, что наш папочка заказал статью в одном из бульварных изданий, где Алекса обвинили в сексуальных домогательствах ко мне. И не просто обвинили, а еще и выставили каким-то совратителем и извращенцем. Естественно, ни словом не обмолвившись о том, что я гей.
У Ани округлились глаза.
— Он не мог.
— Не мог? Ты не видела, что творилось в офисе, когда он ворвался туда в понедельник и угрожал похоронить всех нас вместе с журналом. Тебе разве Ник не рассказывал?
— Нет, — медленно покачала она головой. — Вероятно, смена ориентации Леши впечатлила его больше. А у отца совсем крыша поехала в последнее время после этих проблем с наркотиками. Он постоянно не в себе, орет, срывается.
— Что-то мне подсказывает, что недаром он так переживает. Вполне возможно, он сам их и толкает. Не лично, конечно, но, учитывая его жадность к деньгам, я не удивлюсь, если это окажется правдой.
Они несколько минут молчали, а затем его сестра произнесла:
— Так вы иск в суд подавали?
Дима утвердительно кивнул.