Соблазнительная капитуляция полностью

— Все в порядке? — Спросила я. Он вздохнул и выглядел побежденным. Это странная вещь, когда ты можешь видеть лицо человека, с которым разговариваешь по телефону. Придает этому совершенно новый оттенок.

— Извините, если я Вас побеспокоил. Я не хотел этого. Этого больше не повторится. — У него был подавленный голос, и больше всего на свете мне хотелось дотянуться и обнять его.

— Я могу что-нибудь сделать?

— Нет, — сказал он, покачав головой. — Никто ничего не может сделать.

— Так плохо?

— Нет. Ничего такого, что не могло бы само о себе позаботиться. Не беспокойтесь обо мне. — Его голос был мягким, и это напомнило мне о том, как он говорил прошлой ночью в постели. Ты такая красивая. Слоан больше не просила меня надевать что-либо из ее творений, и я почувствовала облегчение. Носить их только для меня было не так весело, как видеть лицо Лукаса, когда он смотрел на меня в них.

— Ладно. Пожалуйста, дайте мне знать, если я смогу что-нибудь сделать.

— Спасибо Вам, мисс Кларк. В этом не будет необходимости. — К нему вернулся его дружелюбный голос. Он снова отгораживался от меня. Я должна была бы радоваться, но это было почти так же, как если бы он захлопнул дверь у меня перед носом.

— Вы… не за что, мистер Блейн. — Он повесил трубку и вернулся к работе.

Вопросы вихрем проносились у меня в голове, мешая думать. По поводу чего был этот телефонный звонок? Был ли он личным? Он ничего не упоминал о своей личной жизни, кроме своих племянниц и братьев. Он никогда не говорил о своих родителях.

И это открыло другие вопросы. У меня было его резюме, так что я знала, где он учился и когда окончил школу, но на что это было похоже? Было ли у него много друзей или он был одиночкой? Нравилась ли ему школа? Чем он занимался в свободное время, кроме пения?

И почему он попросил меня называть его Лукой в субботу вечером?

Эти вопросы давили на меня тяжелым грузом и утомляли. Я заблокировала экран своего компьютера и прошла по коридору в папин кабинет. Я уже виделась с ним сегодня утром и рассказала ему все о своей болезни, что оказалось легче, чем я думала, и от этого я почувствовала себя еще хуже, чем уже чувствовала.

Я постучала в дверь и стала ждать. Он разговаривал по телефону, но повесил трубку и попросил меня зайти.

— Рори, что ты делаешь в этом конце коридора? Не то чтобы я не рад видеть свою девочку. — Он встал из-за своего стола и обнял меня. Должно быть, я выглядела так, будто нуждалась в этом.

Это определённо было так.

— Почему такая грустная?

— О, полагаю, я все еще измотана после пищевого отравления. Нет ничего такого, чего не могли бы вылечить несколько хороших ночей сна. Или, может быть, еще немного кофе. Много кофе. — Я вдохнула запах его лосьона после бритья и одеколона. Это была особая смесь, которую мама готовила для него на каждое Рождество, и я чувствовала ее запах с детства. Это был мой дом. И безопасность.

— Итак, поскольку мне не удалось допросить тебя за ужином, расскажи, как прошла твоя встреча с Фином, — сказал он, подводя меня к стулу и протягивая стакан воды. Я взяла его хотя бы для того, чтобы чем-то занять свои руки.

Я дала ему обработанную версию и сказала, что несмотря на то, что мы с ним мило побеседовали и он был очень хорош собой, в ближайшее время это не приведет ни к любви, ни к детям.

— Ах, я так и думал, но твоя мать была убеждена. И в твоей жизни нет другого особенного молодого человека? — Я покачала головой, возможно, чересчур энергично.

— Нет. Сейчас я замужем за своей работой. Когда появится подходящий кавалер, я узнаю. — Боже, я говорила, как персонаж Диснея. Я должна была бы кружиться в поле и петь, пока лесные существа убирают мой дом.

— Ну, я не хочу, чтобы спустя сорок лет ты оглянулась назад и пожалела о том, что что-то упустила. Работа всегда будет тебя ждать, когда ты этого захочешь. Люди говорят, что я сторонник непотизма (вид фаворитизма, предоставляющий привилегии родственникам или друзьям, вне зависимости от их профессиональных качеств), и так оно и есть. Для тех, кто мне небезразличен, всегда найдется работа. Зачем мне нанимать кого-то еще? — Он еще раз обнял меня.

— Папа? Никому не говори, что я была здесь. Я должна остаться инкогнито. — Он рассмеялся.

— Я не скажу ни слова. Приходи поговорить со мной в любое время, Рори. — Поцеловав в последний раз в макушку, я ушла, чувствуя себя немного лучше, но не менее растерянной.

Я продержалась весь день, и Лукас ушел на несколько минут раньше меня, так что мне не пришлось спускаться с ним на лифте.

На следующее утро он снова принес мне завтрак и был погружен в работу, когда я пришла. Это было почти точное повторение вчерашнего дня.

На следующий день было то же самое. И следующий.