Соблазны Снежной королевы полностью

«Здесь удивительно длинные ночи, так что у меня всегда достаточно времени, чтобы обдумать все и начать строить планы на будущее. Ведь рано или поздно я отсюда выйду, и тогда мне нужно будет как-то жить. Ты не подумай, что я надеюсь на твою помощь, – нет, конечно. Я все-таки не настолько циничен и глуп. Но то, что ты незримо присутствуешь в моей жизни, дает мне надежду на будущее, пусть и не с тобой. Ты – моя звезда, моя недостижимая планета, к которой я буду стремиться. Ты – единственное, что заставляет меня надеяться и жить дальше. Варя, я догадываюсь, что ты не читаешь моих писем, но осуждать тебя за это не имею никакого права. Но если вдруг случится чудо и ты прочтешь это письмо, то будь осторожна. В свое время я рассказал о тебе одному своему английскому приятелю, рекомендовал тебя как блестящего адвоката, который практически не проигрывает дел. Он крайне заинтересован в твоих услугах. Но, Варя, послушай меня – беги от него. Запомни это имя – Лайон Невельсон – и беги в ту же секунду, как он возникнет на твоем пути. Это очень опасный человек».

Я отложила письмо на стол и согнулась, положив голову на колени. Надо же, как я все правильно угадала. Именно Кирилл «сосватал» меня Невельсону, а теперь, то ли испугавшись последствий, то ли просто из ревности начал закидывать меня письмами с предупреждением. Все-таки я неплохой аналитик и рассчитала все верно. Но что с того? Я уже влипла в историю, да еще в такую, где замешано убийство, – что может быть хуже? И никакие предостережения Кирилла уже не имеют значения и ничем не помогут. Я снова взяла письмо.

«Но я могу тебе помочь. Невельсон – настоящий уголовник, и если тебе вдруг придется с ним столкнуться, то вот несколько фактов, которыми ты сможешь его прижать. Но умоляю тебя, Варя, сперва заручись поддержкой этого своего приятеля, который помог тебе в деле со Снежинкой, потому что только он сможет тебя защитить. Ни полиция, ни закон – только этот уголовный дед, потому что у него есть для этого реальная возможность».

Далее следовали два листа с подробным описанием махинаций с недвижимостью, осуществленных Невельсоном в Англии и Австрии, а также пространные намеки на то, что адвокат, сотрудничавший с Невельсоном, сел в тюрьму по указке своего хозяина. Собственно, об этом я уже и сама знала. Кирилл прав – с этим можно идти только к Тузу, а уж он разберется, что делать дальше.

Аккуратно свернув листки и засунув их обратно в конверт, я унесла письмо в спальню и убрала в сейф. Силы внезапно меня оставили, и я упала на кровать прямо как была – в костюме. Если бы можно было лежать вот так вечно, даже не переворачиваясь на бок… Это избавило бы меня от множества проблем, в которых я не хочу разбираться. Наверное, я все-таки зря трачу жизнь на нелепое соревнование с мужчинами. Мужчина всегда прав с точки зрения современного общества. Прав – если женился, развелся, завел детей или не завел их, если сделал карьеру или не сделал ее. Он всегда будет оправдан и прав. С женщинами же все иначе. Вышла замуж – окрутила, не вышла – никому не нужна, родила – решила привязать ребенком, не родила – никчемная, даже этого не смогла, сделала карьеру – ну правильно, больше-то ни на что не годится, не сделала – дура, домашняя клуша, ума не хватило. И почему я вдруг решила, что могу бороться с этим «общественным сознанием»? Почему я, Варвара Жигульская, смогу изменить что-то в этой точке зрения? И – главное – зачем мне это? Мне почти сорок лет, я одинока, зато с блестящей карьерой и риском вот-вот остаться без головы. Отличная перспектива.