Ирма Захаровна так перед моими очами и не появилась больше. Приходила, когда меня нет, убиралась, готовила еду, кормила кота и снова сбегала перед моим приходом, оставив горячий ужин на столе. Теперь мне было уже совсем как-то неловко за свое поведение при первом знакомстве с ней.
– Закончила? – В кабинет ко мне заглянула Злата, с которой мы договорились, что забежим с ней в пару магазинов, так как она совершенно не подумала про нижнее белье для меня, которое «подходит по статусу». Об этом она объявила мне вчера, когда мы с ней встретились вечером в больнице. – У нас два часа, чтобы подобрать все по фигуре, – поторопила она.
Я поморщилась, но для себя уже решила перестать сопротивляться своему счастью. Василия я люблю, а потому… сколько мы с ним проживем вместе, столько у меня и будет времени, которым я намерена наслаждаться. Если для этого мой муж должен видеть меня в красивом белье, то так тому и быть. Вообще, плыть по течению мне неожиданно понравилось. Было в этом нечто авантюрное.
Ехать до нужного магазина пришлось больше часа по пробкам. На метро было бы быстрее, но я даже не заикнулась об этом. Да и самочувствие у меня к вечеру стало что-то не очень. То голова кружилась, то живот тянуло как-то нехорошо. Наверное, ПМС, или что-то подобное, так что к концу рабочего дня я просто выпила обезболивающую таблетку, после чего стало значительно легче.
В бутике нас уже ждали. Девушка-администратор встречала у входа, взглядом прошлась по мне и быстро определила все нужные размеры.
– Адель, ты иди в кабинку, я тебе сейчас все принесу, – велела Злата, глаза которой горели азартом. Она оставила мужа у двери магазина и понеслась по рядам.
Ох, уж эти Шабаловы, все отличаются каким-то запредельным уровнем деятельности и энтузиазма. Мне бы так…
Я примерила первый комплект. Красиво. Надела второй и покрутилась перед зеркалом. Да уж, такого белья у меня никогда в жизни не было.
– Ну, как? – Заглянула ко мне сестра Василия, которая принесла мне еще несколько комплектов.
– Красиво, – выдохнула я с восхищением, но тут же нахмурилась. Что-то было не так. Меня качнуло так, что я оперлась рукой о стенку кабинки. Живот заболел так, что показалось, что мне туда нож всадили. – Злата…, – беспомощно промямлила, когда увидела, как по ногам бегут красные полосы.
– О, господи, – Злата бросила вещи на пол. – Петя! – Крикнула так, что там бы любого с места смело. Я практически потеряла сознание, когда почувствовала, как меня подхватили. – Давай ее в эту штору, – на плечи мне легла ткань. – За мой счет! Адель, только не отключайся. Слышишь? – Я почувствовала, что меня куда-то несут.
– Больно, – простонала, свернувшись калачиком на руках Петра. Очередной приступ выворачивающей наизнанку боли длился секунд десять, но как же тяжело его было пережить.
– Потерпи, хорошая моя… Петь, я за руль сяду…, – это я слышала уже урывками. – Доехали! Только не отключайся…
– Подозрение на выкидыш, – услышала, когда выплыла в реальность от того, что кто-то мне под нос сунул ватку с резким запахом.
– Она говорила, что не беременна, – видимо, меня уже привезли в больницу и Злата сейчас пыталась выяснить, что со мной.
– Она замужем? – Строго спросила женщина, которая ощупывала мой живот.
– Да, но…
– Нет контрацепции со сто процентной эффективностью, – отрезала дама. – На УЗИ ее быстро!
Меня куда-то повезли, а я только сейчас обнаружила себя на каталке. Женщина-врач шла рядом со мной и задавала какие-то вопросы, на которые я автоматически отвечала.
– Но я же делала тест, – вдруг дошло до меня, что я могу быть беременна. Хотя, если выкидыш…
– Когда? – Строго спросила женщина.
Я подняла глаза к потолку.
– Через неделю после контакта, – призналась, что у самой были сомнения на этот счет.
– Могло не показать на таком маленьком сроке, – хмыкнула она отошла, чтобы меня завезли в кабинет. – Так, сейчас посмотрим, что там…, – все та же дама вылила мне на живот гель и села рядом с монитором, к которому меня подвезли. Несколько секунд на настройку и… – Внематочная, правая труба. К Зубовой ее, в операционную. Живо! Кровотечение там! – Прикрикнула она на медбратьев, которые быстро покатили меня из кабинета. Я даже живот от геля вытереть не успела.
А потом меня скрутил новый приступ боли, от которого я отошла только тогда, когда мне кислородную маску к лицу прижали.
– Поспи, девочка, – велел кто-то и я уснула.
Приходила в себя постепенно, толчками. Вот вроде бы вынырнула из небытия, но глаза почему-то сами закрыться пытались. А вот сознание, наоборот, было ясным. Я тоже в какой-то степени была медиком и понимала, что внематочная – это очень серьезные последствия для всей моей дальнейшей жизни. Гарантий, что я смогу нормально после этого родить нет никаких. И зачем я такая Василию? Для чего дальше жить?
Почувствовала, как по вискам побежали слезы.
– Ну что ты? – Меня кто-то взял за руку и крепко сжал. – Все не так страшно.
Я заставила себя открыть глаза и посмотрела на Злату Палну, которая с беспокойством разглядывала меня.
– Страшно, – проскрипела. – Я теперь родить не смогу.
