С рожденья осиян ты гения звездой,И слава вознесла свой факел над тобой;Ты муз любимцем стал и Пинда вскормлен медом.Суровым окружен и варварским народом,Средь византийских стен увидел Феба светДруг для души моей и истинный поэт.Пусть Пера[406] славится и берег тот блаженный,Где в те же дни, когда Софи,[407] цветок бесценный,Любовью в сладостный была взята полон,10 Тебе бессмертие пророчил Аполлон.И он хранил корабль,[408] что по стезе тревожнойНес Девяти Сестер надежду осторожно;И он в твоей груди к прекрасному зажегИ к подвигам любовь, величия залог.Сей пыл возвышенный — всегда удел немногих.Средь выжженных песков, растений их убогих,Восстав невидимо земли из темных недр,Касается небес ветвями гордый кедр.Вот так раскинется твой лавр широкой кроной20 И затенит Парнас листвой вечнозеленой,Коль будет, не кичлив, покорен Девяти,Под их опекою, не торопясь расти.Ах, нет, ты изменить вовек не сможешь музам,Лишь с ними дорожишь волшебным ты союзом,Не бросишь милых дев и в лоне суетыНе станешь при дворе искать удачи ты.И не захочешь стать напыщенным прелатом,Что славится везде богатством и развратом,Или законником, страниц под перебор30 Заснувшим, чтоб изречь, проснувшись, приговор.Нет, сердце юное влекут пути иные,Победы ратные и трубы боевые,И веселит его доспехов бранных звон,Сень Марсовых шатров и плещущих знамен.Там в окруженье муз подобием Эсхила,Быть может, станешь ты, иль с лирою Ахилла.[409]Кто духом вознесен, тот безоглядно смелВ бою любом, избрав бессмертия удел.И грекам, чтоб разбить персидские армады,40 Понадобились меч и строки “Илиады”.А Фридрих[410] в наши дни не так ли полюбилВ напевные стихи облечь военный пыл?Не он ли, знаменем пробитым осененный,Десницей бранною, что двигала колонны,На струнах золотых бряцал, чуть стихнет бой,И мирные к нему утехи шли гурьбой?Он им давал приют в шатре и в пышном зале.Когда бы образцом тебе герои стали!Ниспровергателей лихих оставим рать50 Невежество хвалить, искусство презирать,И в гордой тупости и праздности унылойОсвистывать труды, лишь гению под силу.Всегда невнятен был глупцам богов язык,Доступный лишь тому, душою кто велик.Безумцы! если б вам хоть раз пришла охотаПоэта отличить, увы, от рифмоплета!Неблагодарные! пусть вам не по нутру,Певцы несут нам свет и учат нас добру.Хотя мы вспоминать, быть может, и не склонны60 Пророчества в стихах, священный дуб Додоны,[411]Орфея с лирою, преодолевшей тлен,И Амфиона глас, зиждитель крепких стен,Но кто, как не поэт, возносит добродетельИ о награде ей становится радетель,Дарует небеса, на мрачных берегахЗлодейство поселив, внушающее страх?Под звуки лир Олимп открылся для Алкида,[412]В Эребе бледная исчезла Данаида,[413]Впервые нам в стихах изложен был закон,70 Поэзией наш дух возвышен, просвещен.Доколе не было письму дано начало,И в надписи немой душа не зазвучала,Лишь гармоничный стих в уме мог сохранитьИ смысл звучащих слов, и происшествий нить.Певучий, мерный звук едва коснулся слуха,Уж в памяти людской живут творенья духа.Высоким языком поэзия была,Храня обычаи, законы и дела.И ныне вопросить довольно Мнемозину,80 Чтоб древности седой вообразить картину.Да, человечеству с младенческих годовДарован дивный дар сложения стихов.Искусством первым став, великим, всемогущим,Последнею умрет поэзия в грядущем.Люби ж ее, лети, о друг, за мною вследТуда, где слава ждет, туда, где тленья нет.Творца ли эпопей влечет тебя карьераИ хочешь первенство оспорить у Вольтера,Или пленил тебя элегий томных круг90 И струн Проперция ты воскрешаешь звук,Восхищен силою лирического жара,На высоте ль паришь вослед орлу Пиндара,Или Лукреция задумав превзойти,Бюффоном предпочтя открытые пути,Где тайны, чудеса являет нам природа,Изобразить решил строенье небосвода,Готов тебя, мой друг, я поддержать во всемИ облегчить тебе на наш Парнас подъем.О, сколь достойными увидишь сожаленья100 Ты с высоты весь мир и все его стремленья,Толпу слепых людей твой обнаружит взгляд,По тропам жизненным бредущих наугад:Во власти жадности и средств не разбирая,Друг друга с яростью тесня и попирая,Чтоб, совесть позабыв, взобраться вверх ползкомИ с тяжким грохотом низвергнуться потом.Пока же завистью терзаемый жестоко,Безумный этот люд подобием потокаЛихого мечется впотьмах из рода в род,110 От истины вдали кружить не устает,Мы дружеству верны и возлюбили славу,И в храме Памяти останемся по праву.Лебрен
