– Это уже не «синегур», а «красногур» тогда получается, – хохотнул Сис.
Сочинитель поднял вторую руку, разжал кулак с «синегуром» и поднес обе ладони одна к другой, чтобы сравнить артефакты. Но тут над его ладонями ослепительно вспыхнуло, и гостинцы, словно пули, со свистом разлетелись в противоположные концы коридора.
– Ни хрена себе! – почесал щетинистую щеку Сергей Сидоров. – Как они друг дружку-то не любят!
– Девчонок-то хоть не поубивало? – нахмурилась Олюшка и крикнула, крутанув головой в одну и другую стороны: – Анюта!.. Светуля!.. Вы живы?!
Подруги, к счастью, откликнулись. Правда, Анюта крикнула в ответ:
– Тут что-то в стену вмазалось! У вас там взрыв, что ли, был?!
– Нет! Все в порядке! – крикнула Олюшка. – Работаем дальше!
– Так мы эти «огурчики» не пойдем, что ли, искать? – спросила Лива.
– «Огурчики» не убегут, – ответила Олюшка, – потом найдем. Давайте сначала главное доделаем.
– Ну, идемте тогда к лестнице, – призывно мотнул головой Сис.
«Папа» с «мамой» заняли выжидательные позиции на лестничной площадке, а Васюта с Олюшкой стали спускаться в подвал, включив предварительно фонарики на головах. Правда, осица шепнула сочинителю:
– Может, не стоило сразу включать? «Виноделы» успеют подготовиться…
– Вот и хорошо, – ответил тот, – не надо будет ждать.
И действительно, ждать не пришлось. Стоило Васюте с Олюшкой очутиться в подвале, как лучи фонарей высветили сразу трех комкообразных монстров, а в темноте их наверняка притаилось еще больше. Увидев – или учуяв, поскольку глаз у «виноделов» вроде как не было, – гостей, ближний к ним черный ком, студенисто колыхнувшись, перетек на полметра ближе.
– А н-ну стоять! – внезапно дрогнувшим голосом выкрикнул сочинитель.
«Винодел» замер. Впрочем, это еще ни о чем не говорило – он мог остановиться и сам по себе. Например, собираясь с силами перед атакой. Именно это как раз и подумала Олюшка. Васюте тоже пришла в голову подобная мысль, поэтому он решил проверить свои способности наверняка. Он крикнул уже более уверенно и грозно:
– А ну выползайте все и выстраивайтесь в линию возле вот этого! – Он ткнул пальцем в ближнего к себе монстра, мысленно представив при этом, как «виноделы» выполняют его команду.
Олюшка, поведя головой с фонариком, невольно ахнула: из стен, из-под пола, даже будто бы с потолка просачивалась черная вязкая масса, тут же собираясь в отдельные бесформенные комья высотой в человеческий рост. Они передвигались по полу, словно перетекающие чернильные капли, не такие, впрочем, правильно-гладкие, как жидкость. Васюта, скорее, сказал бы, что они больше похожи на черные пластиковые мешки для трупов, в каждый из которых набилось сразу по три-четыре покойника, которые превратились вдруг в зомби и решили немного поразмяться. Но эти «зомби» оказались послушными. Как и приказал сочинитель, они выстроились в линию поперек подвала и замерли. Ровно двенадцать особей, как было и в прошлый раз.
– Ты ими и правда управляешь! – глянув на Васюту, восторженно выдохнула Олюшка.
– Ясен пень, – слегка выпендриваясь перед любимой, небрежно бросил сочинитель.
– Но нам эти пни будут мешать искать гостинцы, – быстро пришла в себя и вспомнила о деле осица, – так что давай убирай их отсюда, и позовем Сиса с Ливой.
– Убирайтесь к себе и ждите моих новых приказов! – повелительно взмахнул рукой Васюта. При этом он опять представил, как перетекают к стенам и просачиваются в них «черные виноделы». Он не знал, нужно ли таким мысленно-визуальным образом дублировать свои команды, или достаточно только голоса, но сделать это было несложно, а напрасно рисковать он не хотел.
Как и в прошлый раз, комковатые монстры послушно направились к стенам и словно впитались в них. Правда, сочинителю так и не удалось понять, просачиваются ли «виноделы» сквозь какие-то неразличимые издали щели, или буквально проходят сквозь кирпич. Если было верным второе, то преград для них, выходит, не существовало вовсе, разве что металл, и тогда жителям Мончетундровска очень повезло, что по каким-то причинам «черные виноделы» не могли покинуть пределы особняка Агуновича.
Олюшка между тем крикнула Сису и Ливе, чтобы те спускались к ним. Супруги подошли, настороженно озираясь, но осица их успокоила:
– Не бойтесь, все в порядке. «Виноделы» слушаются Васечку. Он приказал – и они всосались в стену, как вода в губку.
– Тогда давайте гостинцы искать, – сказала Лива.
– Разделимся или толпой бродить будем? – спросил Сис будто бы и равнодушным тоном, но в голосе все-таки слышалось желание «бродить толпой»: место, особенно для новичков, здесь было определенно жутковатым.
– Предлагаю вам проверить эту половину подвала, – обернулся к «родителям» и повел назад рукой Васюта, – от лестницы и вот досюда, где мы стоим. Ну а мы с Олюшкой просмотрим дальнюю, – указал он вперед. – А то мало ли какой «винодел» сдуру вылезет.
– То есть меня тебе не жалко? – нервно хохотнула подруга.
– Ясен пень, жалко. Но мы ведь будем рядом, я сразу все увижу и отгоню от тебя любую нечисть.
