Юля проснулась довольно рано, за окном только-только начинало рассветать. Из-за плотной стены леса, который со всех сторон окружал деревню, не было видно ни восхода, ни заката над горизонтом. По утрам солнце всегда появлялось миллионами светящихся зайчиков, запутавшихся в переплетении ветвей лесных гигантов и долго-долго выпутываясь, поднималось все выше и выше. И точно так же уходило вечером, исчезая мириадами светлячков за деревьями, лишь сумеречная небесная синева намекала, что оно еще не полностью закатилось за горизонт. Как же здесь хорошо, ну и пусть печка, замерзающая на зиму вода и нет связи и телевиденья, зато неземная тишина и покой, единение с природой и ощущение себя ее неотъемлемой частью. А еще погружение в новое, все еще немного таинственное и не совсем понятное для нее знание о переходах между пространствами, которое Алексей и Григорий считали обыденным и привычным. Оно пробуждало желание узнать, понять и принять это, уложить в голове идею нового миропонимания.
Повернувшись на другой бок, Юля увидела спящего на другом краю кровати Алексея, и сон яркими образами возник в ее сознании, восстановившись до мельчайших подробностей. Она закусила губу, чтобы снова не разреветься, но какой смысл в слезах, если они еще ни разу не спасли положение. Вот встать бы сейчас, быстро собрать детей и взяв за руку Алексея, увести их всех из этого вмиг ставшего чуждым мира, лицемерного, погрязшего в поисках материальных выгод и утратившего свою человечность. У нее не было личного опыта жизни в другом пространстве, она не знала, насколько там лучше, безопаснее, комфортнее, но отчаянно хотелось верить Алексею, желающему вывести отсюда хоть малую часть детей, и так упрямо стремившемуся найти переход Ивану Михайловичу, погибшему ради этой же цели.
— Все в порядке? — голос мужчины вывел ее из раздумий. — Извини, что я здесь. Просто ты всю ночь звала то меня, то Григория, то Ваню с Алёной, и все пыталась что-то рассказать.
Юля лишь молча кивнула. Он внимательно смотрел на нее, и в его взгляде читался немой вопрос, ему было известно, что сны в той или иной мере отражают будущее и желал знать, к чему необходимо готовиться. Тогда собрав всю волю в кулак, она начала рассказывать, а предательские слезы уже катились, огромными и горячими каплями, которые, казалось, обжигали лицо.
Он держал ее ладонь в своей руке и молча слушал, а девушка договорила до конца, но совершенно не почувствовала облегчения от того, что поделилась. Она рассказала не все, умолчав о том, как падал он с простреленной грудью — ну не могла она говорить об этом.
— Юль, — начал он, не выпуская ее руку. — Я не вижу снов, нет, вижу, конечно, но самые обычные, как и большинство людей. Такой способностью из всех нас обладал только Иван Михайлович. Он же камень-одиночку в лесу и нашел благодаря снам. А потом, уже здесь, ему неоднократно снилось, как запустить переход через двойные камни, и видел он эту спиральную конструкцию именно в этом лесу. Но ведь пока он был жив, существовал лишь один камень. Тогда он пришел к выводу, что сны не являются вещими стопроцентно, они дают некую подсказку или наметку и лишь предполагают развитие событий. А еще он говорил, что собственные страхи и переживания тоже отражаются в образах. — Он помолчал, осторожно перебирая ее пальчики. — Я не знаю, удалось ли мне успокоить тебя этим, но все вместе мы не позволим одному юнцу погубить столько детских жизней, это я тебе обещаю.
Он с улыбкой и нежностью смотрел на Юлю. Справившись наконец с душившими ее спазмами, она смогла ответить.
— Мне очень-очень хочется, чтобы это было так.
Зазвонил будильник, это означало, что до встречи с Афанасьичем оставалось чуть больше часа.
— Я раньше никогда так не боялась школьного собрания, а сегодня просто не знаю, чего от него ждать. Зачем Афанасьич затеял все это, чего добивается?
— Кто же его разберет? Но мне это тоже не нравится. Я буду там обязательно, мне хочется услышать и понять, что задумал этот человек. Жаль, что ружье дома осталось, оно бы сейчас пригодилось как никогда.
Юля быстро встала и спустилась в комнату под лестницей. Вернулась она оттуда с небольшой коробочкой.
— Что из этого тебе больше нравится? — Спросила девушка, открывая крышку. Рядом она положила парализатор.
Алексей присвистнул, удивившись этому небольшому арсеналу.
— Вот это да! — он протянул руку и бережно взял оружие из другого мира. — Я их сто лет уже не видел, хотя вру, всего лишь десять… Отличная вещь для самозащиты. Только, Юль, если придется им воспользоваться, лучше подпустить человека к себе как можно ближе и вывести на полную мощность, тогда он сработает лишь раз, но обездвижит жертву на пару часов.
— Да, бабушка именно так и объяснила. Надену пиджак, сегодня хоть и тепло, но у него большие карманы, — проговорила Юля, открывая шкаф. — Хочется верить, что воспользоваться оружием не придется.
— Да, но готовится лучше к самому плохому, — ответил мужчина с самым серьезным видом.
