— Да, только если они захотят. Но об этом известно далеко не всем, мы вообще обнаружили это случайно именно здесь с дедушкой Максима. Однажды я, прогуливаясь, вполне спокойно прошла к камням, когда Влад догнал меня вместе с тахи, то очень удивился. Обычно впереди идет зверь, а за ним уже все остальные. В общем, мы решили, что эти животные просто воздействуют на психику людей, и если не хотят пускать на свою территорию, то вызывают у человека неприятные ощущения — страх, тревогу, дискомфорт, и люди по инерции сворачивают в сторону.
— Но если они настолько чувствительны, значит людей, у которых злые, нехорошие намерения, они тоже не должны пускать на территорию.
— Ты сейчас говоришь о Жене? — тут же догадалась Наталия.
Юля кивнула, размышляя.
— А вот с потомками древних не все так однозначно, вы имеете кровное право присутствовать у камней. Тахи словно знают, что у вас есть ген, отвечающий за особенный цвет глаз, способность помнить информацию, полученную тысячи лет назад от предков и способность видеть вещие сны. Поэтому тахи не противостоят вам. Но они могут помешать открыть переход. Ты же знаешь, насколько там важна сосредоточенность, так вот они всячески будут отвлекать.
— А можно убить тахи?
Зверь в кресле тихонько заскулил и уставился на Юлю немигающим взором, будто понял смысл вопроса. Наталия снова принялась гладить его по голове, и он вроде бы успокоился, но смотрел на девушку с недоверием.
— К сожалению, да, — грустно кивнула Наталия. — Как и любое живое существо. Но это очень сложно сделать, поскольку они могут вмиг перескочить из пространства в пространство.
— Прости, зверик, — с сожалением произнесла Юля и протянула ладонь к носу тахи, он сначала недоверчиво посмотрел на нее, а потом лизнул и снова свернулся в кресле.
Наталия улыбнулась и зевнула.
— Ты не обидишься, если я еще немного вздремну? Сейчас только три часа ночи, а вся эта ватага требует по утрам вкусного завтрака.
— Ой, извини пожалуйста, — взволнованно произнесла Юля. — Конечно, иди спать. Может мне тоже удастся подремать до утра.
Наталия легонько погладила ее по руке и вышла, осторожно прикрыв дверь. А Юля разглядывала в тишине розовый полумесяц ночника до тех пор, пока веселая мордашка на нем не превратилась в темное расплывчатое пятно. Только тогда она поняла, что по щекам катятся слезы. Да, она обещала, что больше не станет реветь, потому что толку от этого никакого, но ощущение невосполнимой утраты нависло над ней тяжким грузом. Она никак не могла набрать полные легкие воздуха, казалось, будто ее придавил громадный камень.
И тут же вспомнился треск и грохот, которые послышались ей в момент падения в переход. А что, если взрыв уничтожил камни полностью и теперь не существует ни единой возможности попасть в Голубой мир? Что, если ее судьба сложится как у бабушки, и она никогда не увидится с Алексеем? И больше не в силах сдерживаться, Юля свернулась калачиком под одеялом и разрыдалась. Потом почувствовала сквозь плотное одеяло, как рядом устроился тахи, он прижался к ней своим мягким боком и тихонько заскулил.
