— Получается, возможность вернуться в Голубой мир у меня есть, — с надеждой в голосе произнесла Юля. — Правда, с тех пор как я здесь, мои чувства не изменялись ни разу. Даже там этому способствовали определенные ситуации, чаще всего неприятные или даже опасные для меня или другого человека. Могу ли я достичь этого состояния спонтанно?
— Нет, — покачал головой Влад. — Оно придет в нужный момент, просто будь готова и жди, больше никак. Когда-нибудь ты сумеешь вызывать его по собственной воле, но для этого, как и во всем, нужен опыт.
— Снова ждать, — разочарованно повторила Юля и вздохнула. — Но по крайней мере вы дали мне надежду. За это я вам очень благодарна.
— Юля, у тебя все получится, — снова положил ей руку на плечо Влад. — И вряд ли для этого потребуется десять лет. Но я тебя попрошу об одном, береги себя. Я не верил уже, что где-то существует потомок кайханга, обладающий всеми талантами сразу.
— Хорошо.
Она помолчала, потом спросила:
— Можно я пойду? Мне надо собрать всю информацию воедино в голове, свежий воздух для этого подходит лучше всего.
— Иди, я Максиму скажу, чтобы проводил тебя. Только, пожалуйста, не теряй веры и надежды, именно это и поможет тебе.
За порогом Юля снова вдохнула свежий прохладный воздух, здесь, в роще ко́ру, не чувствовалось запаха прелых листьев, хрупкие тонкие серебристо-зеленые пластиночки падали и почти сразу рассыпались в пыль, не оставляя после себя мягкого пружинящего ковра. Максим выскочил следом вприпрыжку и улыбнулся. Обратно они неторопливо шагали рядышком, и Юля была благодарна мальчику, что он не пристает с расспросами.
— Какие интересные метаморфозы переживают листья этого дерева, — произнесла вслух Юля и наклонилась, чтобы поднять крохотную трубочку, которая тут же осыпалась на землю. Остатки листьев черной пылью разлетались по сторонам и прилипали к ботинкам.
— Ага, они очень сильно отличаются от всех деревьев, которые росли там, — и он махнул головой в сторону камней. — Знаешь, что я узнал от дедушки? Весь этот лес, это не множество деревьев, а одно, у него единый корень, как у грибов, и он подходит к камням вплотную, словно обвивает их снизу. И еще в лесу встречаются широкие тропинки, вот такие, как ведет к дому, как будто кто-то специально проложил их, чтобы легко подходить к камням, не трогая деревьев. — Вдруг Максим хлопнул себя по лбу. — Ой, я забыл рассказать про пу́ри!
— Боже мой, — Юля театрально схватилась за голову. — Влад сказал, что тут почти все слова похожи, но есть и масса совершенно новых, которые предстоит сохранить в памяти. Так кто же страшно именуется «тьмой»?
— Это черный лохматый зверь, которого так боялись в деревне. Дедушка сказал, что они иногда появляются, но в каком пространстве точно обитают — никому не известно. Так вот, пу́ри может защищать человека, который ему понравится, а может повиноваться, если почувствует, что человек в чем-то сильнее его.
— Хм. Получается, что у Жени было оружие и знание древнего языка, и именно поэтому зверь так его боялся?
— Скорее всего, — кивнул Максим.
Когда дошли до конца тропинки, он увидел, как обряженные в шарфы и шапки мальчишки достраивают ракетодром на веранде. В его глазах тут же загорелся азарт, ведь он так и не успел внести свою лепту в грандиозный проект. О каких бы умных вещах он не рассуждал, но желание поиграть всегда пересиливало, и Юля радовалась этому, потому что детство для того и дано. А ведь ребят когда-то отправят в Оранжевый мир, скучно станет Максимке.
Пока она подходила к дому, в дверях показался Иван, которого тоже укутали теплым шарфом. С дымящейся кружкой он вышел на веранду и мальчишки тут же принялись наперебой объяснять и показывать ему устройство ракетодрома.
На лес опускались сумерки и в небе загорались первые яркие точки звезд.
Юля помахала Ване, но к дому не пошла. Непреодолимо тянуло к камням, хотелось просто постоять возле них, прижавшись к теплой поверхности, да и, если честно, разговаривать сейчас с кем-то не было желания. Одна единственная мысль не давала покоя: есть крохотный шанс пробиться в Голубой мир. Пока она подходила, мерцание камней усилилось: они уже подхватили частоту Юлиного пульса. Девушка улыбнулась, на душе от этого стало приятно, будто ее встречали старые верные друзья. Поднявшись на возвышение, она прислонилась спиной к мегалиту и закрыла глаза.
Вспомнился последний яркий сон, после него приходили смутные видения, но среди образов ни разу не промелькнуло лицо Алексея. Как он там? Где-то в глубине души существовала твердая уверенность, что он жив, а может другую мысль она просто не желала допускать, гнала изо всех сил прочь как бабушка все эти годы.
