Интересно, почему именно он заставил ее сердце биться чаще, ведь он был гораздо старше ее, а если учесть сколько всего ему пришлось пережить за свои тридцать с небольшим лет, то старше он был на целую жизнь. Юля улыбнулась, вспомнив, как впервые тихонько провела рукой по его волосам там, у озера. Даже сейчас она удивлялась самой себе, потому что до приезда в деревню вряд ли сумела бы позволить подобное проявление эмоций. А потом он нес ее по лестнице и в доме пахло травами и медом. Казалось, что его сильные руки способны защитить и оградить от всяких неприятностей, от мерзких двуличных людишек, как ее директриса или лесничий, от одиночества, которое преследовало по пятам, начиная с самого детства.
— Юль, не помешаю? — неожиданно раздался рядом голос Ивана.
Она открыла глаза и вздохнула.
— Нет. Максим познакомил меня с дедушкой. Очень интересный мужчина, он многое рассказал об этом мире, многое прояснил. Теперь я пытаюсь уложить все это в голове.
— Повезло тебе, мне пока не удалось с ним толком пообщаться. Сначала я был занят с детьми, а потом они с Максимом ушли бродить. Я ведь тоже об этом мире знаю очень мало, его особо не упоминают, когда готовят историков. Стараются делать вид, что его существование не так уж и важно. — Он усмехнулся. — Елки-палки, хотел бы я посмотреть на всех тех людишек, если бы переходы вмиг закрылись, а потомков древнего народа не оказалось рядом.
Они помолчали, любуясь, как зажигаются на небе светящиеся точки, с каждым мгновением их становилось все больше и больше. Неожиданно прямо над головой проступило созвездие, очень похожее на Большую Медведицу, только выглядело оно несколько искаженным и не таким ярким, как в Голубом мире.
— Здорово, что созвездия похожи и луна во всех пространствах на своем месте, правда? — спросил он. — Это дает ощущение, что ты везде дома.
— Ага, — улыбнулась Юля.
— Завтра станет точно известно, когда мы сможем отправить ребят. — Неожиданно произнес он. — Скорее всего это произойдет в самое ближайшее время. Я понимаю, что пора уже отправить мальчишек, пусть начнут учиться, их каникулы и так подзатянулись, но черт возьми, как же тяжко расставаться с этой неугомонной шайкой.
Юля задумалась: за десять лет они ведь стали друг для друга самыми близкими людьми. Но воспитывать и обеспечивать целую толпу ребятишек, а их теперь общим счетом семнадцать человек, Ване с Зиной не под силу.
— Но ты же учитель, — вдруг вспомнила она. — Может тебе удастся преподавать и жить неподалеку? Тогда вся ватага будет под присмотром.
— Я уже думал об этом, только придется наверстать упущенное в знаниях. Хотя, что такое десять лет для истории, так, вжик и всё. Только прежде всего надо вылечить Илюшу, а то со всей этой беготней я совершенно отвлекся от проблем собственного сына.
Юля глянула на него удивленно, а он вдруг рассмеялся.
— Я только сейчас понял, что мы ни разу не говорили тебе об этом. Илюша наш с Зиной сын, просто не унаследовал никаких способностей, но может оно и к лучшему. Тем более при его проблемах со здоровьем.
— Ничего себе, я даже не придавала значения тому, что он похож на вас, думала просто совпадение, — улыбнулась в ответ Юля. — Слушай, тогда он в любом случае останется с вами, а ведь они так дружны с Кириллом, просто не разлей вода. Им будет тяжело расставаться.
— Верно, да и маленький ещё Кирилл для самостоятельной жизни, так что мелкая четвёрка пока, наверно, останется с нами.
— Ну хоть что-то складывается хорошо, — тихо проговорила Юля.
Иван ничего не ответил, а только спросил:
— Пойдем домой?
— Я еще немного постою здесь, хорошо? Тут так красиво.
Иван понимающе кивнул и пошел один, а Юля осталась, чтобы еще немного побыть наедине со своими мыслями. Перед ее взором раскручивался пестрый клубок, он вертелся в пространстве, позволяя разглядывать себя со всех сторон. В нем переливалось семь цветных нитей, но сколько бы она не искала, восьмую, голубую, отыскать ее так и не удалось.
Уходили ребята рано утром, вместе с группой мальчишек из лабораторного городка: так оказалось проще оформить сопроводительные документы. Ребята, вдохновленные предстоящим путешествием, без устали болтали и строили планы, как и что будет в интернате, и правдой ли окажутся слова Вани о той чудесной жизни, что их ждет. Старшие нервничали гораздо больше. Но то и неудивительно, ведь в младшем возрасте заводить новые дружеские отношения гораздо проще.
Иван пытался урезонить носившихся по дому мальчишек, но безуспешно. Их переполняли волнительные эмоции. Илюшка запрыгнул отцу на спину, Аркаша повис на штанине, и они повалили мужчину на диван, весело хохоча. Юля с Наталией пекли огромный ягодный пирог, чтобы перед расставанием посидеть за чаем. И только Максим с грустно-потерянным видом сидел у окна, забравшись на стул с ногами и обняв руками колени.
— Максимка, ну ты чего? — ласково спросила Юля и разлохматила ладонью его светлые волосы. — Расстроился, что ребята уходят?
— Немного, — улыбнулся Максим. — А еще дедушка сказал, что и меня пора отправить в город, школа-то там. А я не хочу опять один.
