Юля отложила в сторону ложку, присела рядом и крепко прижала мальчишку к себе. Он уткнулся носом ей в плечо и обиженно шмыгнул носом.
— Не переживай, Максимушка, — самым серьезным тоном произнесла Наталия, отправляя пирог в духовку. — Я уговорю Влада ехать в город вместе с тобой, мало ли, что он шума не выносит, ради внука можно и потерпеть немного. За эти годы я научилась находить аргументы, чтобы его убедить, поэтому не беспокойся.
Юля лишь хмыкнула на это. Здесь, в доме, благодаря генераторам, было электричество, видеосвязь, водопровод и все удобства, а Влад жил с печкой и лампой в крошечной избушке. Если он отсюда сбежал, несмотря на стену леса кругом, то в городе он должен чувствовать себя и вовсе некомфортно. Но в некоторой степени она понимала Влада, потому что жизнь в деревенском доме в лесной тишине и ей показалась гораздо приятнее, нежели в многоэтажке, за окнами которой постоянно грохотали машины.
Через час ребятня утихомирилась и дружно уселась за стол, а еще через пару часов к дому подъехала коротконогая лошадка с конкой: именно такое слово вспомнилось Юле из учебника истории. Мальчишки всей гурьбой высыпали на веранду и с удивлением смотрели на это чудо, а мужчина, занимавший место кучера, рассмеялся, и пояснил, что здесь очень бережно относятся к роще ко́ру и предпочитают вот такой безвредный вид транспорта. Из конки сошли пожилые мужчина и женщина, а с ними пятеро подростков примерно одного возраста.
Наталия радостно поприветствовала прибывших, при этом бросив на Юлю обеспокоенный взгляд. На небольшом пятачке перед домом стразу стало шумно и суетливо. Мальчишки знакомились, взрослые проверяли немногочисленные вещи, все выясняли друг у друга какие-то подробности, то и дело хлопая входной дверью. Продолжалось это довольно долго, пока сопровождавшая подростков женщина наконец не встала у начала тропинки и не выкрикнула звонким голосом:
— А ну-ка, ребятки, постройтесь-ка ровным рядочком по двое! Младшие впереди.
Юля с Максимом за руку замыкали шествие, он вцепился в нее железной хваткой, будто бы и она собиралась сию же секунду нырнуть в переход вслед за остальными.
Когда последние из шеренги подошли к переходу, там уже сияло серебристое полотно, от вида которого у Юли все сжалось внутри. Первым ушел мужчина, а за ним — приехавшие из города ребята. Следом, гуськом друг за другом пошли Лёшины мальчишки, потом Ванины, и только Стасик с Аркашей вошли вместе, крепко держась за руки. Теперь у камня остались Сева, Иван с Зинаидой и командовавшая детьми женщина.
К Юле подошел Сева, и опустив глаза, тихо произнес:
— Я не буду терять надежду, никогда не буду. Лёша и Иван Михайлович верили, что переход однажды заработает. Так и случилось. Значит если во что-то верить всей душой, то рано или поздно оно произойдет. Да, произойдет.
Он смущенно улыбнулся, а Юля прижала его к себе как маленького, уткнувшись носом ему в плечо. Казалось, что за короткое время пребывания здесь, он вытянулся еще на пару сантиметров, и теперь она чувствовала себя рядом с юношей маленькой девочкой.
— Сева, — не поднимая глаз, проговорила Юля. — Я постараюсь сделать все, что в моих силах, чтобы попасть туда. Если есть хоть какая-то возможность помочь Лёше, я это сделаю, обещаю тебе.
Он кивнул и тут же исчез за серебристым полотном. За ним следом, махнув на прощанье, шагнули Зина и Иван.
— Удачи! — произнесла девушка им вслед.
На душе стало немного грустно, но зато они были еще на шаг ближе к исполнению главной мечты Григория, Ивана Михайловича и остальных.
Юля огляделась по сторонам и с недоумением посмотрела на Наталию:
— А где Максим?
— Убежал, не захотел смотреть как мальчишки уходят. Юля, — Наталия взяла женщину за руку и подвела к девушке, — познакомься, это Раяна, приемная мама Лёши.
— Очень приятно, — улыбнулась Юля, чувствуя, как от волнения перехватило дыхание.
Они неторопливо двинулись в сторону дома. Раяна шла рядом и какое-то время молчала, словно собиралась с мыслями.
