– “Всё началось после смерти Великой Матери. Она не остановилась на спасении зверолюдов Увлики и совершила путешествие на недавно открытый континент – Грунтилию. Там ей удалось добиться таких же невероятных результатов для своей расы. Потом случилось триумфальное возвращение обратно, тысячи лет развития и становления расы зверолюдов на ноги. Через какое-то время был открыт третий материк – Истиния. Великая Мать решила отправиться и туда. Думаю, её сжигала мысль, что где-то вдалеке её собратья всё ещё являются рабами. Из этого путешествия она не вернулась.”
– “Не смогла преодолеть океан?”
– “Очень активно продвигаемая версия.”
Продвигаемая, значит.
– “А самая правдоподобная какая?”
– “Зверолюды из нескольких источников сумели узнать, что Великая Мать даже не добралась до своего корабля, чтобы отправиться в путь. А сам корабль странным образом отчалил от берега посреди ночи за день до назначенного дня отправления, и больше его никто не видел. Как и членов его команды.”
Все признаки диверсии на лицо. Правда глупой – логичней было бы дать Великой Матери взойти на борт и потопить корабль уже в море. Впрочем, я всех деталей не знаю, может в таком плане были свои недочёты.
– “Сейчас на территорию Храмов залазят все кому не лень, наплевав на Договорённости.”
– “Тех королевств и империй уже давно нет, Договорённости аннулированы, а новые никто не станет заключать на таких жёстких условиях. Представь, что ты в ответе за каждого Разумного, который переступает границу Храма, и тебе приходиться каждый раз платить огромные штрафы за это. В прошлом на стороне зверолюдов был сильный аргумент – оккупация этих империй и королевств с угрозой вырезать каждого рабовладельца на их землях. Сейчас таких аргументов у них не осталось.”
Я уставился в потолок, размышляя о услышанном. И мысли эти ещё больше не давали мне заснуть. Нет, так не годится, стоит поспать хотя бы пару часов.
Нужно подумать о чём-нибудь отвлечённом.
А кстати, весело должно быть зверолюды живут – половина их расы по сути являются большими детьми, за которыми постноянно присматривает вторая половина.
Как тут соскучиться?
Почему-то эта мысль помогла мне расслабиться и провалиться в сон.
***
На следующий день я смог подняться.
Проснувшись, я почувствовал себя гораздо лучше и решил повторить неудавшийся вчера эксперимент – сесть на кровати.
Всего полчаса мучений и мне удалось. Совершив сей подвиг, я понял, что старался зря – Сил на большее у меня не было, и для меня оставался один путь – ложиться обратно.
Кстати, в комнате не было ни одного стражника, и только баб Русхи с усмешкой наблюдала за моими мучениями. Будто знала, что я делаю это просто из упрямства: доказать, что могу, а после снова завалиться на кровать. Когда я так и собирался сделать, она подошла ко мне и дала выпить две горькие микстуры, от которых мне сразу стало гораздо легче.
Появившаяся первой радость быстро сменилась недоумением от того, почему баб Русхи не дала мне эти микстуры ещё полчаса назад, но наткнувшись взглядом на её ухмылку, этот вопрос отпал сам собой.
Потом началась реабилитация: баб Русхи, придерживая меня за руки, помогла мне подняться с кровати и утвердиться на ногах. А дальше я, как новорождённый оленёнок, трясущимися ногами совершил свои первые шаги по этой бренной земле.
Давно я не испытывал такой радости и гордости за себя.
В этот момент в комнату вошёл Фунти. Как профессиональному стражнику, ему хватило всего секунды, чтобы оценить ситуацию и принять решение:
– Отпусти бабушку Русхи!! – кинулся он на меня, выхватывая из ножен меч.
Какая глупая смерть.
Впрочем, не сегодня.
– Не ори! И так страшно! – рявкнула баб Русхи.
Я бы так не сказал: в отличии от моих, в неё глазах страха не было ни на грамм.
В нескольких ехидных шутках она объяснила Фунти, что происходит следующее: картина маслом “два беспомощных и дурных здоровенных лба и бодрая старушка.”
Прямо оксюморон.
Фунти повинился перед старушкой и даже передо мной, что помогло мне развести его на работёнку – сделать мне костыли. Но я не только использовал его лёгкое чувство вины, а также предложил оплатить труд парня. Большую часть моих микстур забрала баб Русхи, но кошель с его содержимым остался при мне. Я с лёгкой барской руки согласился отдать за такую простую работёнку целый золотой из тех монет, что у меня могли забрать ещё вчера.
Моя щедрость не знает границ.
Фунти работу сделал быстро и на совесть. В том смысле, что костыли были неудобные и громоздкие, зато прочные. Баб Русхи сказала мне, что раз уж я смог встать, то мне нужно больше двигаться. Разгонять кровь, так сказать. Чем я и решил заняться.
***
Какой это круг? Сто третий? Сто четвёртый?
Обычная деревня, сколько я таких уже видел? И почему мне так хочется именно в этой осмотреть каждый угол и закуток?
Я знаю ответ – потому что нельзя.
Для меня действует запрет покидать ограду, огораживающую дом баб Русхи. Всё, что я могу делать – ходить вокруг её дома кругами. Дом маленький, полный круг занимает где-то минуту.
Хожу я уже два часа.
Сто седьмой? Сто восьмой?
