— А тем, что мы оба потерялись, не зная, что делать. Мы плыли по течению, цепляясь хоть за что-нибудь, чтобы спастись: ты за рок и уход в себя, а я путем хулигана. И… нам обоим помогли выбраться из этого течения, — улыбнулся Зоренфелл, глядя на свою спутницу.
— Вот как… — опустила в смущении взгляд и сжала покрепче руку.
— Но нельзя забывать прошлого, нужно о нем помнить, напоминать о нем себе. Память… она очень важна.
— Почему?
— Почемучка ты, — усмехнулся он, — когда-нибудь поймешь.
— Эй! — фыркнула она.
— Мы так и будем идти, держась за руку? — спросил, как бы невзначай, Зоренфелл. — Я, конечно, не против, но могу посчитать нас парочкой… — заметил он шепот со стороны двух девчонок, идущих мимо.
— Угу, мне так спокойнее, — честно ответила Мария.
— Ну и ладно, пусть завидуют, да?
— Агась! — с искренней радостью и задорностью улыбнулась она, отчего внутри у Зоренфелла вновь что-то ёкнуло.
«Черт, опять это чувство… Что же это такое? — не понимал Зоренфелл. — Второй раз с ней такое происходит, а ведь никогда иначе подобного не было, ни с одной девчонкой… Это приятное, но в то же время непонятное чувство, словами которое не описать…»
— Зоренфелл! — окликнул его знакомый голос.
— Доррен, привет! — заметил его парень.
— А это, получается, Мария? — глядя на неё с впечатлением, поинтересовался товарищ.
— Ага. Мария, эту звезду бейсбола зовут Доррен.
— Доррен Грин, — представился он отдельно, — приятно познакомиться…, и я не звезда бейсбола, — ответил он Зоренфеллу.
— Мария Гольдштаф, приятно познакомиться, — улыбчиво ответила она.
Доррен взглянул на их сомкнутые руки и бросил вопросительный взгляд в сторону своего друга с немалой долей удивления.
— Ей так спокойнее, — шепнул Зоренфелл ему на ухо.
— О чем вы шепчетесь? — недовольно спросила Мария.
— Маленький секретик, — ухмыльнулся Зоренфелл.
— Я так не играю!
— Это не игры! — с каменным ликом ответил парень.
— Я обиделась! — фыркнула Мария.
— Негде здесь обижаться, — похлопал её по голове Зоренфелл, чем заставил смутиться. — Ну что, пойдем прогуляемся?
— Ага, куда сначала пойдем? Может в кафешку? — предложил Доррен.
— Поддерживаю! — пробудилась она.
— Пойдем… Доррен, а тебе не опасно ли по кафешкам ходить?
— В каком смысле?
— Брюхо себе набьешь, а потом на диете сидеть, спортсмен блин…
— Я вообще-то контролирую свой рацион! — возразил Доррен.
— Также как я контролирую свой сон.
— Ах ты ж засранка! — взъерошился он.
— Зори, почему он разозлился? — поинтересовалась Мария.
— А, просто я сплю постоянно, даже на уроках, в том и фишка.
— Пф-ф… Ха-ха! Зори!
— Эй, — с хмурой миной повернулся Зоренфелл.
— Тебе не нравилось такое обращение, а сейчас, видимо, привык, хе-хе.
— Кх-х… Сказать что-то хочешь, да? Ну давай, давай поговорим! — включил Зоренфелл режим дерзкого.
— М-мальчики… не надо! — взволнованно Мария потянула Зоренфелла за руку.
Парни опешили от такой реакции, но быстро поняли и «перегруппировались».
«Похоже моя история произвела на неё неизгладимое впечатление… Нехорошо…» — подумал парень.
— Извини, что напугали, — произнес Доррен.
— Мы просто дурачимся, не волнуйся, — улыбнулся Зоренфелл.
— Ага, этому дурачку в театральный кружок и дорога с такой превосходной игрой лицом.
— Звучит двусмысленно, знаешь ли.
— Правда? Ничего не знаю, — отмахнулся Доррен.
— Остришь сегодня, как погляжу, друг мой драгоценный.
— Оу, сударь, да Вы аристократ с такими речами?
— Естественно, мсье! Барон Лиркус де Зоренфелл к Вашим услугам!
— Вам обоим можно идти на театральный, — хихикнула Мария.
В такой шутливой манере и шли они до кафе. Там, расположившись, Мария с интересом пошла делать себе мороженное прямиком из автомата и наливать колу. В то же время парни заказали по чашечке кофе с молоком и по теплой булочке.
— А вы неплохо ладите, — заметил Доррен.
— Думаешь?
— Ага, из вас вышла бы неплохая пара.
— Приятно, конечно, но пока рано об этом думать.
— Ого, ты серьезен, должно быть все и вправду неплохо.
— Сейчас я стараюсь не думать о романтике, для меня главное вернуть Марию в школу и нормализовать её повседневную жизнь, а там видно уже будет…
— Говоришь, как какой-нибудь психолог или учитель.
— О, это да, я тоже за собой начал такое замечать.
— А что, может из тебя неплохой психолог выйдет. Солидно же, как никак.
— Может и попробую, людей изучать интересно, — решил принять слова друга Зоренфелл.
— Не такой реакции я от тебя ожидал.
— Я тоже, но кто знает, что будет в будущем, — шутливо ответил он.
— Если честно, мне казалось, что Мария будет куда более зажатой, что ли, скромной, но она вполне себе открытая и веселая.
— Ей и вправду спокойнее было рядом со мной? — озадаченно спросил себя Зоренфелл.
— Она так тебе сказала или ты сам придумал?
— Мария.
— А зачем ты это прошептал мне и не стал говорить ей?
— Подразнить хотел, да и проверить кое-чего.
— Хитрюга…
— К вашим услугам…
— Вообще, не могу понять, кто мог так подло обойтись с такой хорошей девочкой? Красивая, приятная в общении, веселая…
— Чувственная, верная, искренняя и не только, — дополнил Зоренфелл. — Помнишь ту компашку, что я вчера отпинал?
— Ну да.
