От такой разгромной картины внезапного нападения последние — и самые опасные — остановились, желая, по всей видимости, подумать над следующим движением.
Зоренфелл не случайно выбрал такой резкий и мощный метод борьбы. Целью таких сильных атак было остановить или скорее напугать других нападающих, чтобы исключить возможность нападения на Марию.
— Вот почему Главный говорил, чтобы мы с тобой не связывались… — опешил предводитель павшей шайки. — Сказать по правде, то я и впрямь тебя не оценил, парень…
«Начал болтать, какое счастье! Хоть передышку взять можно, а то спина чертовски болит…» — с успокоением вздохнул Зоренфелл.
— Ты же понимаешь, что поздно заднюю давать?
— Безусловно, поэтому я покажу себя на максимум.
— Ого, а что ты мне покажешь? Кастет, нож или, может, цепь? Последний вариант, кстати, экзотический, поэтому не думаю, что она у тебя будет.
Зоренфелл хотел укрепить свое положение, раскрыв полную уверенность в собственных силах. Также подобные речи могут надавить на хулигана, показав ему свой боевой опыт, что сыграет против противника, заставит его опасаться драки с ним, бояться.
— Нет, я буду безоружным, — передал он ножик своему товарищу. — Иди по координатам от главного и передай всем, чтобы не шли за этим жутким отморозком, также передай главному, что мы так позорно проиграли.
— Н-но как же ты? — недоумевал товарищ от его слов.
— Буду драться, потому что я понял, с кем мы связались… Гольфо сам дурак, что был неаккуратен…
— Удивлен, весьма удивлен, — признался Зоренфелл, — а ведь и не скажешь с первого взгляда, что в тебе есть толика чести и благоразумия.
— Отбрось свои колкие шутейки. А ты — иди скорее отсюда! — повысил он голос.
— Л-ладно… — кисло ответил товарищ и пошел прочь от места избиения.
— Мария, глянь, чтобы он не вернулся, хорошо? — попросил Зоренфелл.
— Угу… — кивнула она.
Мария же была шокирована боевыми навыками Зоренфелла. Если вначале стычки она пребывала в отчаянии, то теперь она поражена силой Зоренфелла и полностью пропитана верой в него. В глазах Марии Зоренфелл материализовался в виде нерушимой и непоколебимой скалы.
— Итак, продолжим? — поинтересовался Зоренфелл.
— Да, но позволь мне кое-что спросить перед этим.
— Валяй, отвечу честно.
— Ты ведь тот самый?
— Раз уж ты знаком с «улицами», то с какой радости пришел на стычку с оружием, учитывая, что вас ждал всего один противник? Даже если бы на моем месте был бы кто-то другой, то ваша выходка не помогла бы Гольфо, он в любом случае мог попасться, но вы могли угробить жизнь обычному человеку, ценящего правила.
— Вот как… — понял он титул Зоренфелла. — Правила созданы, чтобы их нарушать, — слегка он усмехнулся. — Мы знали на что идем и как я ранее сказал — Гольфо сам виноват, что распространял товар с первым встречным на улице средь бела дня.
— Думаю, после этого раза ты задумаешься над тем, что ты делаешь и что будет ждать тебя в будущем.
— Посмотрим…
В следующий миг оба парня сорвались с места и устремились друг к другу. Пошел размен ударами, где никто не мог нанести чистый удар в какую-либо часть тела, так как оба они хорошо блокировали и избегали ударов. С виду можно было сказать, что они дерутся наравне, однако правда была совсем иной…
— Почему ты сдерживаешься? Бей в полную силу!
— А зачем? — спросил Зоренфелл. — Хоть ты и козел, но в конце ты показал себя с лучшей стороны, так что не хочу тебя сильно бить, ведь тебе придется будить своих ребят.
Они разошлись и смотрели друг на друга, как ковбои в момент дуэли на диком западе.
— Прошу, сразись со мной в полную силу.
— Даже если я одержу победу одним ударом?
— Даже так.
— Что ж, так и быть, — нехотя согласился Зоренфелл.
И начался второй раунд в их стычке. Зоренфелл ловко избегал каждой атаки со стороны оппонента, выжидая лучшего момента для атаки. В удачный момент времени, когда глава шайки немного устал, Зоренфелл слегка отскочил назад и провел рубящий удар ногой. Как он и обещал — драка была окончена одной атакой.
— Это был экс-кик, думаю, ничего сильнее этого ты не получал и надеюсь, что не получишь, — сказал Зоренфелл вырубившемуся предводителю шайки, чьего имени так и не услышал.
Зоренфелл окинул взглядом восемь валяющихся тел.
«Вроде неплохо, но от экс-кика спина сильнее болит, чтоб её… Неприятно принимать спиной удар биты… Даже доской было полегче…» — помассировал он рукой свою спину там, где доставал.
— К-как? — недоумевала Мария.
— Ты ведь помнишь, что я тебе рассказал? — повернулся Зоренфелл. — К сожалению, ты увидела отражение того времени на деле… — горечью произнес он.
Мария не знала, что сказать. Она вытерла слезы, что шли ранее от испуга, и не знала, как реагировать на увиденное.
— Прости меня, что тебе пришлось попасть в такую ситуацию и увидеть меня не с лучшей стороны…
Но вдруг она сорвалась с места и кинулась в его объятия, сжав покрепче, отчего Зоренфеллу стало туго.
— Дурак! — воскликнула она. — Тебе незачем извиняться…
— Хорошо, — улыбнулся он и положил руки ей на плечи. — Не стоит попросту лить слезы, ведь я никому не дам тебя в обиду. А теперь, пошли домой?
— Угу, — всхлипнула она.
