— Для нехорошего! — Макс лихорадочно соображал, как поступить. Двинуть сейчас рыжего, Вована… без шума не обойтись, да и вряд ли получится вырубить их быстро — оба уж слишком здоровые, придется шуметь, а внизу — еще один охранник, да еще Димон, да еще… Впрочем, выбора, кажется, не было…
— Это хорошо, что на нехорошее! — обернувшись на пороге, неожиданно улыбнулся Бата. — Значит, я могу поступать с этим людьми так, как мне хочется?
— Можешь!
— Тем хуже для них. — Бата улыбнулся — и в этой улыбке его Максим почувствовал холод неизбежной смерти… Ну да, ну да, Бата ведь не был обычным подростком. Банда «Лапы Себека» — та еще школа, сердобольных в ней не держали.
— Я справлюсь с ними и приду выпущу вас, — совершенно серьезно пообещал на прощанье Бата и, нисколечко не сопротивляясь, зашагал в обнимку с рыжим.
— Ого! Я смотрю, мы с тобой прекрасно друг друга поняли, — загоготал тот. — Вовик — за мной жбан и девочка.
— Тихо ты, как бы Димон не явился.
— Димон? Так он вчера еще уплыл за почтой, забыл что ли? — Рыжий снова захохотал. — Ты что, ослеп, не видишь, что катера нету?
— А! Так и Димон уехал? Не знал… То-то я смотрю вы тут все расслабились… Все, кроме меня!
— Так и ты не теряйся… Говорят, у вас тут девчонка.
— Девчонка…
Макс напряженно прислушивался к звучавшим на лестнице голосам.
— Слушай, Рыжий… Забрал бы с собой Игната, а? Ну, чего ему тут сейчас делать? Начальства нет, пусть посидит с мужиками, расслабится, он же картежник… Игнат! Эй, Игнат! Рыжий говорит, там наши партейку организовали… играют на наших девочек.
— Вот Димон-то им и задаст!
— А нет Димона! За почтой уехавши!
Дальше все было уже неразборчиво. Однако, бросившись к окну, Макс узнал среди уходящих скалоподобную фигуру Игната.
Отлично!
Теперь следовало ждать…
— Тейя! Ляг посвободнее, да без одеяла… вот так!
В свете бьющего в окно фонаря точеная фигурка лежащей на животе девушки выглядела настолько соблазнительно, что и сам Макс на миг почувствовал неодолимое желание… Которое тут же пропало: кто-то торопливо шарил ключами в замке. Кто-то? Ха!
Распахнув дверь, Вован на миг застыл на пороге, не в силах быстро прийти в себя от увиденного. Так и пялился на обнаженную Тейю, не обратив никакого внимания на заспанного Макса. Лишь бросил презрительно:
— А ну-ка быстро в ту комнату, парень. А ты, милая, поднимайся! Прогуляемся, соловьев, блин, послушаем… Там, внизу… Хо! Ты еще здесь, парень? Ты че, не понял?
Бандит размахнулся, намереваясь отбросить юношу одним ударом… И получил хук в скулу! И затем — тут же — свинг в переносицу! И — вдогонку — апперкот в печень…
Даже не завыл — сложился пополам и медленно осел на пол.
С помощью Тейи Макс быстро связал поверженного гопника простынею, так что тот стал чем-то похож на мумию. Вытащив из кобуры пистолет, сунул его за пояс и взял за руку жену:
— Надень платье… уходим.
— Хорошо, муж мой.
Они осторожно спустились по лестнице в пустой, с работающим телевизором холл и застыли у двери — по двору кто-то крадучись шел!
Макс поднял пистолет… Подумав, что вряд ли сейчас сумет совладать с ним. Кто его знает, где здесь предохранитель?
Лучше уж сразу по зубам! Вот, как откроется дверь…
Дверь заскрипела, открываясь медленно, медленно… И тут же раздался голос:
— Государь!
— Бата! Как ты узнал меня?
— По твоей тени, мой господин. — Войдя, мальчишка кивнул на пол.
Макс сконфуженно хмыкнул — и в самом деле, как он раньше этого не предусмотрел? А вдруг бы это был не Бата?
— Что с… теми?
— Я убил их всех, господин, — просто ответил подросток. — Одного за другим, по очереди. Не так-то и трудно это оказалось сделать — они все были беспечны и пьяны, все четверо.
— Ага… Значит, ты убил четверых, плюс еще один лежит наверху связанным, — подвел итог фараон. — Знать бы еще, сколько их здесь всего! Да, и не забыть — завтра вернется Димон и те, кто с ним уплыли.
— Я был вон в том доме, — когда вышли на улицу, Бата показал на стоявшее напротив здание.
— А тот, что пошел с вами? Ну, такой огромный, словно скала. Ты его тоже убил?
— Нет, господин. Он не вошел в дом, отправился куда-то в другое место.
Макс вдруг заметил торчащий за поясом парня нож — большой, широкий и блестящий цептеровский нож для разделки мяса.
— Добрый меч, — довольно признался Бата. — Я нашел его там, в доме. Уже проверил. Господин, можно я оставлю его себе?
Фараон махнул рукой:
— Оставляй — твоя добыча.
Рядом, за оградой, гулко залаяли псы.
— Ждите здесь, у забора. Если кто пойдет — дайте знать.
— Я закричу иволгой, милый.
Распорядившись, Максим быстро вошел в дом. Тот самый, куда приводили Бату… Первый (а по счету, скорее всего, четвертый) труп спокойно полулежал в кресле. С перерезанным от уха до уха горлом. Вот, значит, на ком мальчик-смерть опробовал свой ножик. А где он его нашел? Где тут кухня? А, наверное, вот… Ага… еще один мертвяк! Ишь как аккуратненько уложен за плитой. Видимых повреждений вроде бы нет, а глаза выпучены. Чем это его Бата? Наверное, какой-нибудь веревочкой или леской…
Превозмогая вдруг нахлынувшую брезгливость, Максим наклонился и, обшарив труп, обнаружил то, что искал, — сотовый телефон.
