Давно уже пора позвонить, вызвать полицию… Только вот куда вызывать? Как это местечко вообще называется? И где расположено — Бог весть! Ладно, тогда это чуть позже.
Набросив на себя валявшуюся на полу рядом джинсовую куртку, Макс положил телефон в карман. Туда же сунул и найденный при мертвом бандите бумажник примерно с двумястами евриков в разных купюрах. А пригодится! Связь теперь есть, деньги тоже — дальше что-нибудь придумается.
Душевный подъем молодого человека вовсе не поколебали оставшиеся два трупа — Максим их и ожидал. Один — Рыжий — обнаружился в спальне, с кровавым месивом вместо левого глаза — Бата ловко использовал то, что оказалось под рукою, — карандаш из числа нескольких, стоявших в пластиковом стакане. Последний труп, в ванной, оказался просто утопленным.
И тут нашлись и телефоны, и деньги, и даже пластиковые карточки, которые Макс сразу выкинул — а на что они без кода? Остальное же хозяйственно прибрал, кроме того, выгреб на кухне из холодильника все съестное — консервы, фрукты, две банки пива «Эфес», — набив ими красно-белый пластиковый пакет с логотипом какой-то торговой сети. К сожалению, никакого оружия у этих не оказалось — то ли им его не выдали, то ли сдали во внеслужебное время в какую-нибудь там караулку. Да и черт с ним, с оружием. Главное — связь!
Так, с пакетом в руке, Максим и застыл на пороге, услыхав, как запела иволга. Кто-то явно сюда шел, пьяно матерясь и спотыкаясь. И кого-то тащил. Девушку!
— Что смотришь? У-у-у, потаскуха! Ну, иди, иди. Покажешь сегодня нам, что умеешь. Да смотри у меня, вякнешь чего Димону — пришью!
— Я не скажу, не скажу… нет… — плача, отвечала девчонка.
— Да не реви ты, дура! Кому сказал, не реви! О! Пришли уже. Сюда вон заходи, в дверь…
Достав пистолет, Макс шмыгнул на кухню.
— Только не бейте больше меня, пожалуйста, хорошо? — продолжала трепетать девчонка — худенькая, светловолосая, одетая в короткие шорты и майку.
— Будешь послушной — никто тебя и пальцем не тронет. — Остановившись на пороге, амбал — это как раз и был Игнат — задрал девчонке майку и по-хозяйски полапал грудь. — Ишь, отрастила дойки, коза… А ну, давай раздевайся да становись в позу! Ну! Что глаза выпучила? Не поняла?
— Та-ам… Та-ам… — в ужасе закатывая глаза, пролепетала девчонка. — Там…
Бандит оглянулся и громко икнул, увидев окровавленное тело в кресле:
— Эт-то что еще здесь за дела!
— А ну руки! — Выскочив из кухни, Максим направил на него пистолет. — Кому говорю — руки в гору!
— Хо! Да ты еще и по-русски говоришь? А вот предохранитель снять не догадался!
Максим опустил глаза… и в этот момент громила выдернул из своей кобуры оружие… Правда, выстрелить не успел — застыл, дернулся, будто бы вот только что проглотил какой-то штырь… Постоял и, выпустив из уголка рта темную струйку крови, грузно повалился навзничь.
Бата осторожно вытащил у него из спины нож и улыбнулся, довольно, словно совсем уж маленький ребенок:
— Добрый меч. Добрый!
Воистину, сердце людей жестоко. Кровь повсюду. Не удаляется смерть.
Девчонка — звали ее Ульяна — оказалась почти землячкой — украинкой, из Запорожской области. Здесь таких содержалось еще с десяток — островок представлял собой перевалочный пункт торговцев живым товаром. Остров, а это был именно остров — маленький, километров десять в окружности, и полностью незаселенный, если не считать бандитского поселка.
Беглецы укрылись в лесу, густо разросшемся на склонах большого холма, занимавшего всю западную оконечность острова. Они подошли туда как раз к утру, когда уже начинало светать, и это было на руку — попробуй-ка поплутай в кромешной тьме среди кустов и деревьев.
Утром же и устроились как смогли — наломали веток, нарвали травы, соорудив нечто вроде лежбища. Максим открыл цептеровским ножом Баты прихваченные с собой консервные банки. Немного подкрепились — Максу так было очень даже вкусно, а вот Тейя, конечно, кривилась, однако же ничего, ела.
— Так ты говоришь, до Крита километров двадцать? — Слизнув с ножа тушенку, фараон посмотрел на Ульяну.
— Вряд ли больше, — кивнула та. — Прямо на юг. Крит большой — мимо уж никак не получится.
— Значит, в случае чего можно доплыть и на моторке?
— Можно. Но вообще — как погода.
Максим покачал головой:
— И что, из ваших девушек никто ни разу не пытался бежать?
— Пытались. — Ульяна закусила губу. — Можно, я не буду рассказывать, что с ними сделали, когда поймали? Кстати, боюсь, что то же самое ждет и нас — бандиты, наверное, уже пришли в себя и вот-вот начнут облаву.
