Все вдруг снова стало объемным — схлестнувшиеся в яростной сече воины, пыль с редкими проблесками выцветшего изжелта-голубого неба, шум битвы. А ведь вот сейчас — только что! — Максим ничего этого не видел, не слышал, не чувствовал. Видел только глаза врага, его всклокоченную грязную бороду, сверкающее острие меча. Ощущал смрадное дыхание, запах чеснока и пота. Ничего другого вокруг как будто бы и не было какое-то время. Словно бы исчезло все…
— А, что?!
Командир беззвучно открывал рот:
— …кафа!
— Какая кафа?
— Отряд Усеркафа! Он уже на подходе, уже недолго осталось! Только держитесь, парни!
Только держитесь…
Сеча продолжалась, даже вроде бы стала еще ожесточеннее, злее. Никто не щадил раненых — их добивали, никто не хвастал своим благородством — противника доставали и били всем чем угодно и как угодно. Нападали трое на одного, потом брались за следующего… Вон за кустом двое вражин наседали на лучника.
— Держись, Беду! Слава Амону!
Подняв оброненный кем-то меч, Макс рванулся на помощь. Помочь успел, отвлек на себя врагов, но и сам, обернувшись на громогласный вопль, получил по голове палицей. Густая шевелюра смягчила скользящий удар, но все же в глазах потемнело, и юноша со стоном повалился в пыль.
И не видел уже ничего.
Ни беспорядочно бегущих врагов, ни воинов Усеркафа, ни грозной щитоносной пехоты великого фараона Ка-маси. А вот его некоторые увидели.
— Эй, Каликха, постой!
— Что тебе, Ах-маси? Хочешь помешать мне ворваться первым во вражеский лагерь?!
— Не в этом дело. Смотри-ка, кто здесь лежит!
— Лежит? Ты, верно, хотел сказать — валяется, словно брошенный мешок… О, боги! Не может быть! Джедеф! Ведь это Джедеф, точно!
— Точно он! Кажется, не убит, ранен. Да-да, сердце бьется! Скорей! Эй, эй, колесничий! Заворачивай, заворачивай! Тебе, тебе кричу, дылда! Успеешь еще пограбить вражеский стан, всем достанется. Давай-ка сюда! Стой. Помоги-ка…
— Ты найдешь его там во что бы то ни стало! Найдешь и предупредишь… если он, конечно, все еще жив. — Военачальник Рамос погрустнел, впрочем, тут же гордо вскинул голову. — Петосирис знал, на что шел. Знал, что враги могут бросить его тело на съедение гиенам, или оставить гнить в земле, или — сжечь! В любой миг поля Иалу могут стать недоступными для него, но Петосирис на это пошел, пошел ради своей родины, ради своих богов, ради всех нас — жителей Черной земли. Воистину это великий человек, да помогут ему боги!
— Воистину так, — важно согласился Макс.
Они с командиром Рамосом находились сейчас в небольшой барке на середине реки. Это было самое удобное место для того, чтобы никто даже случайно не смог подслушать беседу: настолько высоко военачальник ценил своего человека, агента, внедренного в высшие круги хека хасут в самой их столице, городе Хат-Уарит. О да, несомненно, сведения, предоставляемые этим агентом, имели большую ценность. Во многом благодаря им была выиграна та битва при городе Инебу-Хедж, в которой едва не погиб и Максим. Слава Амону, его вытащили на себе друзья из передовой тысячи Усеркафа — Ах-маси и Каликха.
— Запомни тайное слово к Петосирису: «Скоро Амон и Ра станут как братья!» Если все в порядке, он должен ответить: «Воистину как единое целое».
— Амон и Ра станут как братья… — тихо повторил молодой человек. — Как единое целое. Можно спросить тебя кое о чем, почтеннейший командир Рамос?
— Почему выбрали именно тебя? — Военачальник усмехнулся. — Не только потому, что ты умен, храбр и умеешь хорошо драться. Ты — наполовину шардан, светлокож и светлоглаз, а наемников сейчас очень много в дельте. Тебе легче, чем кому-либо другому, будет проникнуть в Хат-Уарит, не вызывая никаких подозрений. К тому же тебе доверяет Нофрет, а Хозяин Великого Дома ценит ее мнение.
— Ах, вот оно что. — Вспомнив о Тейе, юноша невольно улыбнулся. — Но я не об этом хотел узнать. Вернее, не только об этом. Почему такая спешка? Ваш человек на грани провала?
— Не совсем понимаю, что ты имеешь в виду, но догадываюсь. Да, не буду скрывать — ситуация обострилась. — Рамос огляделся по сторонам и понизил голос — даже здесь, в барке! — Мы знаем, что среди высших вельмож царя есть предатель! И он, несомненно, умен и сообразителен, так что неизбежно вычислит нашего человека, и скорее рано, чем поздно. А Петосирис нужен — это целый клад знаний о хека хасут, а война вовсе не закончится со взятием Хат-Уарита. К тому же Петосирис — человек, близкий досточтимой матери Хозяина Великого Дома. Ты должен найти и предупредить его во что бы то ни стало!
