— Я готов, — негромко промолвил молодой человек. — Готов идти в Хат-Уарит хоть даже сегодня.
Рамос покачал головой:
— Не спеши, юноша! Отправишься завтра, с рассветом. Сегодня же жрецы расскажут тебе все о вражьей столице. Все, что знают.
Он даже не успел как следует попрощаться с Тейей. В сопровождении верных слуг девушка уезжала обратно в Уасет — здесь, в самом преддверии дельты, уже становилось слишком опасно. На удивление Максима, свита оказалась не такой уж большой — всего трое рабов и одна пожилая толстуха-рабыня.
Девушка увидела возлюбленного издали, подбежала, не стесняясь чужих глаз, обняла, потерлась носом о щеку:
— Ты пришел проститься со мной? Я рада.
— Рада, что уезжаешь?
— Что скоро мы будем вместе!
Юноша только хмыкнул в ответ: ну надо же — скоро! Как сказать, как сказать…
Тейя погладила его по плечу:
— Отойдем. Во-он туда, к деревьям.
Здесь, на севере, местность была другой, не такой, как на знойном юге: трава казалось густой и необыкновенно зеленой, росший по берегам тростник колыхался, словно безбрежное море, и таким же морем, только серебристо-голубым, казалась широченная река. Тут и там во множестве росли кустарники и деревья, яркие цветы сверкали упавшей на землю радугой, повсюду порхали разноцветные бабочки и птицы. Дышалось легко — воздух был насыщен влагой близкого моря. Только вот очень часто порывы ветра приносили гнилостный запах болот, знаменитых непроходимых топей дельты.
У пристани, в полусотне шагов, лениво покачивались на волнах барки.
— На которой из них поплывешь ты? — обняв девушку, тихо спросил Макс.
— На той, синеглазой, видишь?
На носу стоявшего ближе всех к берегу судна густой синей краской были выведены глаза.
— Не мало ли у тебя охраны, милая? Ведь повсюду разбойники. Вдруг нападут?
— Не нападут. — Девушка беспечно отмахнулась. — Все, что к югу, уже освобожденная от захватчиков наша земля! Там повсюду наши чиновники, воины и жрецы — чего ж мне бояться?
— Твои слуги… — Максим обернулся.
— Это верные люди!
— Мне они почему-то такими не кажутся! Посмотри же, у них физиономии бродяг и лжецов. Почему ты не взяла с собой воинов?
— Воины есть на барке.
— Ну, слава Амону… О, боги!
— Что?! — дернулась Тейя. — Что такое? Почему ты так смотришь?
— Какая ты красивая, милая! — прошептал молодой человек с самым искренним чувством. — Самая красивая на всей земле.
Прижав возлюбленную к себе, он крепко поцеловал ее в губы… как делали хека хасут. Или — не делали, но все новое, необычное, непривычное приписывали именно им.
С барки замахали руками.
— Ну все, мне пора! — со вздохом промолвила девушка. — Прощай и — до встречи.
Лукаво улыбнувшись, она махнула рукой слугам и быстро побежала вниз, к барке. Затканный золотом прозрачно-зеленый подол ее платья развевался на бегу, словно боевое знамя.
Максим проводил девчонку глазами и вздохнул. Отчего-то стало вдруг грустно. Подумалось, что, наверное, лучше бы ему отправиться в свой поход первым. Не так бы было грустно прощаться. А так… Сколько еще до вечера?
Впрочем, скучать ему не дали. Как и обещал Рамос, не успела еще барка с Тейей отчалить, а Максим уже очутился в цепких лапах жрецов. Важные, с бритыми головами, одетые в длинные белые схенти, они несколько часов кряду учили будущего шпиона всему тому, что принято у хека хасут. Как одеваться, как приобретать пищу, просить ночлега, благодарить — в общем, всему. Запомнить сии сведения оказалось не так уж и сложно — в дельте ведь жили и простые люди, такие как и везде вдоль Великого Хапи. Они-то не порывали со своими обычаями и богами и по-прежнему говорили на своем языке. А наемник-шардан, под видом которого Максим должен был попасть в Хат-Уарит, мог и не знать речи захватчиков, точнее — недостаточно хорошо ее знать.
Они сидели в высоком шатре, и пахучие благовония курились перед золотыми статуями богов — Амона, Осириса, Гора. Когда наступила ночь и над черной водой Хапи повисли желтые звезды, жрецы ушли, кроме одного — старого и мудрого жреца Амона. Максим подумал вдруг: неужели Тейя — родная сестра этого старика?! Может быть, сводная? Или это не самый главный жрец?
— А теперь я хочу сказать тебе главное, — взяв юношу за руку, тихо промолвил старик. — Твоя задача на самом деле куда труднее, чем кажется.
Максим вскинул глаза.
— Да-да, труднее… — Жрец помолчал. — Не знаю, сможешь ли ты поверить, но знай, что владыки хека хасут призвали себе на службу самое мерзкое колдовство! Каждый день в тайном храме они приносят кровавые жертвы своему гнусному богу Баалу и черным богам дельты. Красивых девушек, женщин, детей. Каждый день льется невинная кровь. И уже есть результаты!
— Результаты?
— Да. Именно поэтому захватчики столь беспечно проигрывают битву за битвой, они уверены: мы никогда не возьмем Хат-Уарит и никогда не завоюем дельту! Понимаешь — уверены. Наш человек, к которому ты идешь, с большой тревогой докладывал об этом неоднократно. Ему пока не удалось отыскать тайный храм. Ты поможешь ему в этом… или найдешь его сам!
— Найду, — кивнул Макс. — А что потом?
