— Благодарю тебя, уважаемый господин. — С достоинством поклонившись, Максим получил все необходимые разъяснения у заместителя Рамоса, после чего удалился и направился в расположение колесниц Секенрасенеба.
Вечерело, и заходящее солнце прочертило на водах реки широкую оранжевую дорожку. По всей излучине располагалось войско — щитоносная пехота, лучники, метатели дубинок и дротиков, а чуть выше на берегу, близ дамбы, нетерпеливо ржали кони.
Секенрасенеб оказался мужчиной лет двадцати пяти. Высокий, улыбчивый, длиннорукий, он сразу понравился Максиму, да и сам новоприбывший, похоже, вызвал у командира колесничих симпатию.
— Рамос пишет о тебе как о хорошем бойце, — прочитав предписание, с улыбкой заметил Секенрасенеб. — Управлял когда-нибудь колесницей?
— Приходилось. — Юноша скромно потупил глаза, умолчав, чем закончилось сие управление.
— В общем-то ничего сложного, нужен лишь некоторый навык, ну и конечно, опыт. Понимаешь, надо чувствовать колесницу и лошадей. Когда чуть натянуть вожжи, когда ослабить, а когда и спрыгнуть на землю, побежать рядом. Знаешь, как колесницы называют у нас в войске?
— Как?
— Повозки самоубийц, вот как! — Молодой командир расхохотался. — Ишь какие шутники выискались! Ничего, в грядущей битве мы покажем себя, клянусь Амоном и Гором! Завтра мы научим новоприбывших хоть немножко управлять лошадьми. Да-да, что смотришь? Тут таких, как ты, множество. Сам Властелин Великого Дома приказал усилить экипажи колесниц лучшими воинами. Так обычно в повозке два человека — возница и лучник, теперь будет по три — еще копьеносец. Ты хорошо владеешь копьем?
— Пожалуй, неплохо, — вспомнив уроки тезки, Максим вовсе не покривил душой.
Командир хлопнул его по плечу:
— Вот и славно! Пойдем, покажу место ночлега.
На следующий день, познакомившись со своим экипажем и другими воинами, юноша приступил к тренировкам. Как опытный командир, Секенрасенеб хотел, чтобы каждый из экипажа при случае мог управлять колесницей, а потому гонял людей до седьмого пота — времени на подготовку оставалось крайне мало.
Некоторые колесницы усиливали — оббивали борта листами звонкой сияющей меди, укрепляли ступицы и ось.
— Помните, главное — это вовремя остановиться, — учил Секенрасенеб. — Не увлекайтесь, не врывайтесь в самую гущу врагов — там и останетесь, колесница не ладья Ра, обязательно перевернется. Наше дело — внезапно появиться, ошеломить врагов стрелами, а потом, подпустив их ближе, действовать по обстоятельствам. Либо придется спешиваться и драться — на то нам и копьеносцы, либо — быстро уезжать, чтобы появиться в другом месте, к примеру, выставив заслон, ликвидировать вражеский прорыв.
— А что, если набить на колесницу острые наконечники копий, вставить в ободья колес кинжалы, — предложил какой-то молодой воин. — Ух как будут вертеться! И сколько врагов поразят!
Громкий хохот колесничих был ему ответом.
— Нет, в этом ты не прав, парень, — пряча усмешку, заметил командир. — Сам подумай — а если придется быстро передислоцироваться, скажем, на левый фланг или на правый, без разницы. И что тогда — мы будем резать этими кинжалами собственную пехоту? Да и с другой стороны, много ли врагов ты ими зарежешь? Тела убитых просто повиснут на лезвиях, колесница неминуемо остановится или перевернется — на этом все и закончится, уверяю тебя, друг мой!
И так продолжалось несколько дней подряд — с утра и до позднего вечера. Некогда было не только увидеться с Тейей, но даже и подумать о ней. А потом внезапно посыльный принес приказ о всеобщем марше.
Задрожала земля под тысячами ног! Качнулись над головами копья. Кони, заржав, понесли колесницы навстречу грядущей битве. Настроение у воинов было радостным — они шли освобождать родную землю Кемет от ненавистного чужеземного ига. Ну, надменные захватчики хека хасут, повелители пыльных нагорий, скоро, совсем скоро придет ваш последний час! Великие боги повернулись наконец лицом к жителям Черной земли, и воинская удача будет сопутствовать победоносной армии фараона Ка-маси. Да будет так! Воистину будет!
Ржали лошади. Свистели стрелы и дротики. Яростные лучи солнца сверкали на шлемах и наконечниках копий. От ног воинов гудела земля. Две армии, две ощетинившиеся копьями и мечами орды сошлись на равнине близ славного города Инебу-Хедж. Армия захватчиков хека хасут и армия освободителей под стягом сокровенного бога Амона.
Заглушая воинственные крики и вой, били в стане врагов барабаны. Отвечая им, в войске Ка-маси трубили медные трубы. Легкая пехота уже давно сделала свое дело и теперь поспешно освобождала место для основных сил. Словно на параде, печатая шаг, копьеносцы вскинули к плечам щиты с полукруглым верхом. Качнулись копья. Взметнулись в воздух секиры.
— Слава Амону! — с громким криком тяжелые пехотинцы Юга двинулись в бой.
Земля дрожала, знойное желтое небо звенело эхом тысячи кличей, и воды Великого Хапи, казалось, помутнели.
— Слава Амону!
— Ба-ал! Ба-ал! — подбадривали себя криками пехотинцы захватчиков.
Их пестро одетые колесничие нетерпеливо перебирали поводья.
— Ба-ал! Ба-ал!
