– Пусть так! Тогда почему, ты меня не нашел? Ты знаешь моего отца, не трудно узнать адрес и номер телефона. Но ты пропал на четыре года, женился, а сейчас появился. Чего вдруг?
– Ты нужна мне.
– Я? А как же Маша?
– Моя жена здесь не причем.
– Ах, не причем! То есть с ней ты спишь, а ко мне прибегаешь за помощью? Я не хочу быть жилеткой. Прошлый раз ты использовал меня и теперь хочешь, чтобы я подтирала твои слюни? Нет! Не дождешься!
– Я никогда не использовал тебя.
Растерянный взгляд скользнул по моему лицу, пальцы коснулись щеки.
– Тебе нужна была нянька, – немного остыв, прошептала я. – Больше ничего.
– А что бы ты хотела?
– Чтобы ты любил меня.
– Я любил. Ты это знаешь.
– А сейчас?
– И сейчас люблю.
– Малыш, я…
– Это так. Я не вру. Больше всего на свете я мечтал, встретить тебя. Помнишь тот день? Не знаю, правда это или нет, но я почувствовал запах твоих духов. Вы стояли внизу, в холле, а когда я подошел, ты исчезла. Я застал только Антонину Павловну и Машу. Аромат цитрусов с нотками корицы витали в воздухе. Я, как маньяк, чуть ли не на пузе, прополз через весь холл, пытался найти тебя, или хотя бы твою тень, чтобы убедиться, что я не сошел с ума, не спятил на фоне любви.
– А я тебя видела… и испугалась.
– Почему?
– Не хотела, мешать вашим отношениям с Машей.
– Глупости. Ничего бы не изменилось.
– Ты все равно бы женился на ней?
– Да.
– Ты, так спокойно об этом говоришь?
– Вера, – тряхнув меня за плечи, сладко проговорил он. – Не зацикливайся на предрассудках. Женитьба, семья, верность – все это только слова. Главное, что у нас в душе, в сердце. Ты была замужем, когда мы познакомились, теперь я женат. И что?
– Ты ни разу не спрашивал меня про мужа.
– Вот именно. Мне было все равно – замужем ты или нет.
– Я так не могу, Алик.
– Как не можешь?
– Вот так. Я считаю, что мой мужчина должен быть только со мной, а не с моей подругой.
– Я с тобой.
– И с ней.
– Только с тобой, – уверенно сказал он. – Сейчас я рядом. Разве не это главное?
– Сейчас? – усмехнулась я. – А завтра, когда Маша вернется домой?
– Какое тебе дело? Забудь о ней.
– Алик.
– Я люблю тебя. Очень люблю. Давай, не будем портить эту ночь. У нас немного времени.
Мы насладились этой ночью. В полной мере.
Алик сразу уснул, как только уронил голову на подушку, я еще долго лежала и смотрела на него.
Как? Зачем? Почему? Снова он появился в моей жизни. Второй раз. Исчез, женился, а сейчас пришел, как к себе домой, и спокойно спит в моей постели. В душе что-то перевернулось, я отогнала мысли прочь, но они все равно мучают меня. Как и тогда, в Каннах, я почувствовала тягу к этому странному парню, с синими глазами и непонятной жизненной историей, неведомая сила сближает нас. Хотя знаю его жену, помню, как они познакомились, как Маша лишилась девственности, про свадьбу, про медовый месяц. Знаю… а все равно впустила. Родной мальчик. Прошло несколько лет, а ничего не изменилось. Наоборот – приумножилось, переросло в нечто большее. Отец моего ребенка, мужчина, подаривший неизгладимые ощущения.
Утром нас разбудила мама. За окном уже светло, капает дождь.
– Подъем!
Она не ожидала увидеть мужчину в моей кровати. А мы не думали, что проспим так долго.
Прикрыв лицо ладонью, мама смутилась, но одним глазом взглянула на молодое тело. Как же не взглянуть? Давно она не видела ничего подобного. Лежит совершенно голый парень, красивый, стройный. Я дернула на себя одеяло, Алику ничего не осталось, как натянуть на бедра уголок простыни, выбившейся из-под матраса.
– Ой, – скромно сказала мама. – Доброе утро, Александр Дмитриевич.
В голосе проскользнул сарказм. Алик еще больше покраснел. Протянул руку, схватился за край одеяла и дернул на себя.
– Здравствуйте.
– Кофе будете?
– Буду.
– Тогда умывайтесь. Вера, дай гостю чистое полотенце и тапочки. А то у нас на полу шерсть от собаки.
Она вышла за дверь.
– Черт! – вскочила я на ноги. – Сколько время?
Он достал телефон из-под кровати.
– Десять часов.
– Ого! Вот это мы с тобой спали!
– Что теперь будет? – соскользнув на пол, испуганно спросил он.
– Одевайся.
– Пожалуй, я пойду домой.
– Нет, уж! Мама тебя так просто не отпустит.
Сегодня он повесил свои брюки с толстовкой на спинку стула. Вчера они была раскиданы по полу.
– Ты не видела мои носки? – спросил он, заглянув под кровать. – Тут только телефон.
– Они на тебе.
Интересно наблюдать за ним. Лохматые волосы, опухшие ото сна глаза. На ногах красуются синие носки в клеточку, а из всей одежды – только веснушки на плечах.
Пока мы одевались, в комнату тихо пробралась Карина. Ни я, ни Алик не заметили ее. Она легла на кровать, накрылась одеялом и через щелочку стала наблюдать за нами. Я уже причесала волосы, как в двери показалось сонное лицо Ани.
– Мам, – не взглянув на гостя, промычала она, – что мы сегодня будем делать?
Алик быстро надел толстовку и обернулся. За четыре года девочка так сильно изменилась, что он еле узнал ее. Она и раньше была крупным ребенком, но сейчас стала совсем взрослой девушкой.
– Привет, крошка.
Она вздрогнула от неожиданности.
– Мам, это кто?
– Ты не помнишь?
Она узнала его по улыбке.
– Александр?
– Ага. Канны, море.
