Милош долго ещё сидел за столом. Он почти не слышал, что происходило вокруг, звуки долетали до него приглушённые слишком громкими мыслями. Он мечтал подняться и выйти из дома, пойти прочь от Гняздеца по дороге к Совину, пойти домой. Повозка Стжежимира, верно, была уже далеко от деревни. Если бы Милош мог, то побежал бы следом. Но сил едва хватало, чтобы сидеть прямо.
– Поешь, – Веся поставила рядом горшок. Сколько времени прошло, если она успела приготовить ужин?
От горшка шёл пар и тошнотворно пахло варёным мясом. Милош отвернулся, сдерживая позывы.
– Тебе нужно поесть, – настойчивее произнесла Весняна.
– Я ел.
– Вчера. Милош, тебе нужно набираться сил, – она села рядом, сама зачерпнула ложкой кусочки курицы и овощей. – Попробуй хоть чуток.
Она была так мила, когда умоляла его быть послушным. Милош засмотрелся на её веснушчатый нос, на распахнутые пухлые губы. Невольно взгляд зацепился за шрам на щеке, и Веся сразу переменилась в лице, погрустнела.
– Только немного, – виновато согласился Милош. Он не хотел её расстраивать.
Позже он подумал, что лучше бы совсем слёг в постель от недоедания. Потому что когда у него появились силы ходить, проклятие тоже стало могущественнее.
– Не боишься?
Голос появился неожиданно, Дара даже не поняла, откуда он пришёл. Она чуть не выпустила из рук плетение и бросила на него сердитый взгляд.
– Не подкрадывайся так.
В ответ ей прозвучал раскатистый смех.
Некоторое время они молчали, мужичок наблюдал за её работой.
– Я знаю, кто ты, – произнесла Дара.
– Да? – с сомнением спросил мужичок.
– В лесу не много болтливых духов.
– Меньше болтливых духов только лесных ведьм.
– Что ты знаешь о них?
– О вас? – поправил Голос.
– О нас, – согласилась неохотно Дара. Она завязала последний узел, затягивая прореху в сети, и заглянула по ту сторону границы. Сквозь золотые подрагивающие нити проглядывал лес людского мира. Первые капли меди уже упали на листву и траву, предвещая осень. Лето всегда пролетало слишком быстро.
Мир по ту сторону был нечётким, точно Дара смотрела сквозь толщу воды на речное дно. Деревья двоились, расплывались, менялись местами между собой. Ничто не оставалось постоянным.
По привычке Дара оглянулась, ожидая, что Хозяин проложит для неё тропу назад к дому. Вокруг было спокойно.
Голос поднялся на ноги. Он ничего не сказал, но Дара поняла его без слов. Они пошли вдоль границы, порой задевая сеть пальцами, заглядывая по другую сторону, откуда доносились девичьи голоса. Пару раз Дара видела, как вдалеке мелькали люди, слышала, как они переговаривались между собой. Будь она сейчас в Заречье, тоже пошла бы за грибами с сестрой.
В задумчивости Дара убрала прядь волос за ухо.
– Что ты хочешь знать? – спросил Голос.
Стоило хорошо подумать, прежде чем задавать духу свои вопросы. Он мог обмануть просто ради развлечения, мог потребовать что-то взамен. Не ясно было даже, почему он изначально заговорил с Дарой.
– Где другие лесные ведьмы?
– Где и должны быть.
Птицы в чаще защебетали, точно насмехаясь.
– Почему я здесь одна?
Голос улыбнулся и едва заметно кивнул. Этот вопрос ему понравился больше.
– Потому что больше никого не осталось.
– Кто был последней лесной ведьмой?
– Злата.
– Почему лес не учит меня, как быть лесной ведьмой?
Голос остановился, сел на землю прямо там, где стоял. Дара потопталась нерешительно на месте и опустилась рядом, вытянула перед собой босые ноги, пошевелила грязными пальцами. Дух повторил за ней, так они сидели, смотрели на человеческие земли по ту сторону границы, молчали и слушали чужие неразборчивые голоса.
Ладонями Дара касалась земли под собой, кончики пальцев подрагивали, когда она ощущала, как вздыхал душный летний лес. Анчутки ныряли в высокой траве, точно рыбки в речных водах.
– Белый! – раздался девичий голос вдалеке. – Малуша, я белый гриб нашла! И ещё один.
Лес довольно зашуршал листвой, протяжный вздох его разнёсся тёплым ветерком, чуть шевеля волосы на макушке.
– Меня некому учить, потому что Злата была последней лесной ведьмой, так?
Голос кивнул.
– Так было заведено. Старая учит молодую, готовит к службе.
– Но Злата сбежала, и некому стало наставлять новую лесную ведьму, – Дара прикусила щёку. – Поэтому Хозяин потребовал от моей матери ребёнка, но разрешил ей уйти? Потому что некому было учить меня?
Голос молчал, позволяя ей продолжать рассуждать.
– Но почему Хозяин не заставил её остаться? Моя мать чародейка, она могла меня обучить.
– Обучить? Обучить? – переспросил он, и эхо полетело вперёд, дразня грибников. – Разве можно обучить камень быть деревом? Лесной ведьмой нужно родиться.
А Дара родилась в Великом лесу. Она впитала его воды, звуки, суть. У старых богов были свои порядки, их трудно получалось понять и потому стоило просто принять.
– И что теперь? Я буду жить здесь, воспитывать следующую лесную ведьму?
Голос промолчал, и трудно было сказать почему. То ли ему не понравился вопрос, то ли он не знал ответа, то ли не желал отвечать.
