Сократ встречает Макиавелли полностью

Сократ: Я не могу оценить того, чего я не вижу. Давай попробуем тщательно рассмотреть твою логику. Вот отрывок, в котором ты оправдываешь свой совет правителю постоянно думать об армии. Это в двенадцатой главе. «Ранее уже говорилось о том, что власть государя должна покоиться на крепкой основе, иначе она рухнет». (Пока это действительно звучит как хороший совет). «Основой же власти во всех государствах … служат хорошие законы и хорошее войско. Но хороших законов не бывает там, где нет хорошего войска, и наоборот, где есть хорошее войско, там хороши и законы, поэтому минуя законы, я перехожу прямо к войску».Твое последнее предложение должно логически вытекать из предыдущих. Если верно, что «где есть хорошее войско, там хороши и законы», тогда мудро и практично обсуждать армию, а не законы, потому что, как ты верно говоришь в первом предложении, основа должна быть крепкой. И если армия – это единственная основа государства, мы должны заниматься единственно ей. Если же есть другие главные основы (даже не единственные), то нужно и заниматься главным образом ими (хотя и не единственно).

Макиавелли: Так ты увидел и оценил мою логику, Сократ? И так как ты оценил мои предпосылки, то должен оценить и выводы. Твоя наука – логика – принуждает тебя признать мою науку – практическую политику.

Сократ: Давай не будем торопиться.

Макиавелли: Здесь нет непродуманных заключений, уверяю тебя.

Сократ: Теперь именно я буду настаивать на доказательствах, а не только на уверениях. Давай посмотрим вот на этот отрывок: «хороших законов не бывает там, где нет хорошего войска, и наоборот, где есть хорошее войско, там хороши и законы».

Макиавелли: Ну, и?

Сократ: Эти два утверждения – о том, что «хороших законов не бывает там, где нет хорошего войска», и о том, что «где есть хорошее войско, там хороши и законы»- считаешь ли ты что они логически связаны?

Макиавелли: По мне, так вполне.

Сократ: Предположим, я скажу, во-первых, что там, где нет меча, не может быть и битвы на мечах, а, во-вторых, что там, где есть меч, обязательно будет схватка на мечах. Скажешь ли ты, что эти высказывания логически связаны?

Макиавелли: Они оба верны, если ты это имеешь в виду.

Сократ: Нет, я не это имею в виду. Я имею в виду следующее – считаешь ли ты, что одно высказывание можно логически вывести из другого?

Макиавелли: Я не очень силен в дедукции, Сократ. Я утверждаю, что оба высказывания верны, и это подтверждается индукцией, многочисленными наблюдениями.

Сократ: Понимаешь ли ты различие между достаточной причиной и необходимой причиной?

Макиавелли: Конечно. Отец – необходимая причина сына, но не достаточная, так как нужна еще и мать.

Сократ: Хорошо. Теперь посмотри на первое высказывание: «хороших законов не бывает там, где нет хорошего войска». То есть, ты считаешь, что хорошая армия является необходимой причиной хороших законов. Так?

Макиавелли: Да.

Сократ: Но в твоем втором утверждении – «где есть хорошее войско, там хороши и законы» - ты утверждаешь, что хорошая армия является достаточной причиной хороших законов.

Макиавелли: Да. И оба утверждения верны, хотя второе и шире.

Сократ: И потому имеет больше шансов оказаться ложным, как в моем примере с мечом и битвой на мечах. Меч, конечно, является необходимой причиной битвы на мечах, но не является достаточной причиной. Нужен еще и человек, который сражается им.

Макиавелли: Конечно.

Сократ: И возможно, твое второе утверждение о войске и законах также ложное. Оно не вытекает из первого. Таким образом, мы должны прибегнуть к наблюдению.

Макиавелли: Именно это я и сделал.

Сократ: Но сделал ли ты это правильно? Ты забыл некоторые факты. История показывает, что изобретатели хороших законов только иногда имели хорошую армию, как римляне или Наполеон, но иногда не имели, как Моисей, Хаммурапи, Конфуций, Иисус и Американский конституционный конвент.

Макиавелли: Что?

Сократ: А, да. Ты об этом не мог знать.

Макиавелли: Можешь рассказать?

Сократ: В двух словах. Почти через три века после того, как ты умер, одно из лучших собраний законов сформировало великую нацию, названную в честь твоего друга Америго Веспуччи.